Варрэн-Лин: Узы Стаи

— Динка, как ты? Бежать еще можешь?

Динка, старательно скрывая свое разочарование от того, что скорый отдых откладывается, бодро ответила:

— Конечно, я в полном порядке. Нам надо убраться отсюда подальше.

В ответ в мыслях Дайма проскользнуло облегчение. Он всерьез считал, что Динка будет капризничать в такой критической ситуации? Динка огорченно вздохнула. Ей пора бы уже вести себя более сдержано и предсказуемо, чтобы ее мужчины могли на нее полагаться в сложной ситуации, как они полагаются друг на друга.

— Сейчас внимание! — обратился на бегу ко всем Дайм. — Когда я скажу, сворачиваем вправо и прыгаем вниз без малейших задержек. Динка справишься?

— Я постараюсь, — мысленно промямлила Динка. — А высоко там падать?

— Я прыгну первый, следующая Динка, затем Хоегард и Тирсвад, Шторос замыкающий. Динка, я поймаю тебя внизу. Прыгай и ничего не бойся, ясно? — на бегу раздавал указания Дайм. — Приготовились! Шторос, что преследование?

— Они отстали, — отчитался Шторос.

— Хорошо… — отрывисто бросил Дайм. — Сейчас!

Он метнулся вбок и исчез, словно прошел сквозь глухую стену. Динка бросилась за ним, не понимая, куда он делся и рискуя наткнуться на скалу, но вдруг перед самым ее носом появилась скальная ниша с довольно глубоким козырьком, на дне которой открылась расщелина с темным дном. Она, не замедляя бега, сиганула прямо в темноту. Падение было совсем коротким. Почти сразу же она уткнулась в мягкий и теплый бок Дайма.

— Прости, — шепнул в ее голове Хоегард. Рядом приземлился Тирсвад. Сзади послышался шорох лап Штороса.

— Все нормально, — подумала она в ответ Хоегарду, собираясь выбраться из-под его тяжелого тела и встать на ноги. Но приказ Дайма опередил ее намерения:

— Всем лежать и не шевелиться. Шторос, что-то чуешь отсюда?

— Пока ничего. Если они пробегут мимо, я их не почую, а если заглянут сюда, то я сразу скажу, — ответил Шторос.

Все замерли, как в детской игре в прятки. Вот только в детских играх при проигрыше тебе грозил только смех приятелей, а во взрослых играх ценой ошибки могла стать чья-то жизнь. Мужчины лежали тихо, прислушиваясь и принюхиваясь к происходящему снаружи. Но, похоже, расчет Дайма был верный. Их действительно потеряли.