Варрэн-Лин: Узы Стаи

Он не считал себя трусом, но тот ужас, испытанный им в тот момент, когда его швырнули вниз, вдруг обуял его. Он пытался отдышаться и собраться с мыслями, но все тело била дрожь, и воспоминания о бесконечном падении, обжигающем пламени и кувырке в чужой мир захлестнули его.

Он огляделся в поисках обходного пути. Долина черных осталась справа от него, и если попытаться пойти вдоль Ущелья вправо, то возможно он сможет попасть туда и так. Но на его пути встал обрыв, дно которого разглядеть не удавалось. На противоположной стороне каньона вновь вставали неприступные скалы.

Все-таки, хочет он того или нет, придется лезть над ущельем. Оставалось надеяться, что Динка не ошиблась и все запомнила правильно.

Хоегард на подрагивающих лапах вернулся на прежнее место и с вздохом посмотрел на стену, отделяющую его от ущелья. Вероятно, именно здесь можно найти вход в долину. Черные — не дураки, чтобы оставлять лазейки в других местах. Но здесь, в непосредственной близости от ущелья никто не решится забраться в укрепленное убежище.

Никто, кроме таких, как он и его стая.

Хоегард снова подпрыгнул и подтянулся. Второй раз приступ страха и головокружения был не настолько сильный, и он смог осмотреться со своего места. Да, по другую сторону стены над самым ущельем скалы спускались вниз такими же уступами, как и те, по которым он взбирался. Вот только стена была гораздо круче той, которая спускалась на равнину, а уступы были гораздо дальше друг от друга. Куда они вели разглядеть с его места не удавалось.

Но зрелище очень походило на то, которое описала Динка. Оставалось надеяться, что ее сон действительно был частью воспоминаний Дайма, а не просто сном.

Хоегард в нерешительности мялся на краю. Обходить всю долину в поисках более удобной лазейки без гарантии найти ее — это займет много времени, возможно целый эреше. А Дайм уже внутри и возможно уже сражается с Вожаком, если не со всем своим племенем в одиночку. Хоегард знал, что, даже если он и успеет к сражению, то толку от него все равно будет мало.

Однако, оставлять Дайма совсем одного против целого мира было неправильно. Только по этой причине Хоегард согласился на эту опасную игру.

Он, прижавшись животом к краю скалы и обхватив ее передними лапами, осторожно начал соскальзывать задними лапами вниз, целясь на ближайший уступ. Колючий комок страха сдавил грудь, мешая дышать, но Хоегард по дюйму спускался все ниже и ниже, чувствуя, как из-под лап выскальзывает спасительный край скалы.