Варвар

Помнишь? Мы с Маратом Саидовичем нашли тебя всю в крови, лежащую на асфальте. Чуть не переехали тебя машиной. Я тебя на руки поднял, а ты обблевалась собственной кровью.

Губы девушки задрожали, а на ресницах заблестели слёзы. Зацепил за живое.

— Не смей.

— Что не сметь? — подошёл к ней ближе. — Напоминать о том, как тебя голую, избитую выкинули на дорогу? Как ты умирала от голода в двадцать первом веке? Как воровала, рискуя собственной жизнью?

Её затрясло мелкой дрожью, и Али понял, что попал прямо в цель. Именно туда, куда и метил… Только удовлетворения от этого не почувствовал.

Он ощущал её боль втройне. Словно адскими жерновами размолотило остатки терпения, и Али схватил девушку за плечи.

— Не смей… Не смей говорить об этом… Ты не смеешь, — шептала, сопротивляясь, пытаясь его оттолкнуть."

"— Я всё тебе дам, Тая. Да, я старше тебя на пятнадцать лет. Я не романтик и не умею ухаживать за девушками, но со мной ты будешь в безопасности и достатке. Я не трону тебя, если не захочешь. Дай мне шанс. А если нет… Хотя бы просто живи у меня.

Я не смогу спокойно спать по ночам, не зная, что с тобой и где ты. Пойдём… Давай, — слегка приобнял её, аккуратно погладил по спине, опасаясь спугнуть.

— Тебя Марат Саидович прислал, да? Он волнуется обо мне?

Стиснув зубы, оттолкнул бестолковую от себя и отвернулся, силясь совладать с ревностью.

— Нет, не волнуется. Он уехал в клуб. А меня отпустил пораньше. Я сам решил прийти к тебе. Цветы эти купил зачем-то, — покосился на букет, который Тая отнюдь не бережно швырнула на стол.

— Он… С ней уехал, да?

Вот же глупая девчонка.

— Да. С ней. И поверь мне, с этой женщиной Марат Саидович не думает ни о чём, кроме неё.

Знал, что причиняет ей боль. И даже жаль дурочку. Только правду ей нужно говорить, а то погрязла в своих детских иллюзиях, а реальный мир не видит.

— Я думала, он передумает… Пожалеет меня… — проговорила тихо, словно сама себе.

— А тебе нужна его жалость?

Вопрос Али застал врасплох, и девушка вскинула на него заплаканные глаза.

* * *Огненный адреналин, несущийся по венам, когда ты ломаешь кости врага и видишь, как он падает перед тобой на колени, сродни чистейшему наркотику. От него невозможно отказаться, однажды попробовав. Его хочется ещё. И ещё. Но однажды наступает пресыщение, и уже даже собственная сила, власть не приносят того удовлетворения, что раньше. Повышая дозу время от времени, ты пытаешься поймать тот самый кайф, что ощутил с первой своей победой, но всё не то. Уже не так.