Варвара начинает и побеждает

А если то условие исполнится – я смогу уйти в любой момент, когда захочу, и он не будет мне препятствовать.

- Что же это было за условие? – нахмурился Годфруа.

А Зубейда неожиданно рассмеялась.

- Аль-Махран – обычный мужчина, как все, хоть и великий маг. Он уверен, что женщина не способна стать могучим магом, даже если имеет к тому все способности. И его обычным присловьем было – глупая женщина. Так вот, я сказала ему – что беспрекословно повинуюсь до тех пор, пока он трижды не назовёт меня глупой женщиной.

- И что же, он исправился? – не поверила я.

Потому что ставить своё послушание в зависимость от каких-то там слов…

- О, это было… смешно. Первый раз он произнёс эти слова в первом же нашем разговоре после обоюдной клятвы. И ему тут же отозвалось где-то в теле – мол, первый раз уже есть. И хорошо отозвалось, даже я заметила. Он долго взывал к Творцу, но стал следить за своими словами. Второй раз тоже случился довольно быстро, я уже было подумала – вот, ещё чуть-чуть, я стану свободна и буду у него только учиться, но никак не слушаться.

Однако, он тоже это понял, и стал говорить со мной с уважением, и, наверное, даже мысленно не произносил обо мне ничего неприглядного – потому что трудно всё время думать и не высказать, а он человек вспыльчивый. И третий раз наступил только лишь вчера, когда я увидела брата, выслушала его рассказ об осаде Кастель-аль-Либра и назвала его безголовым ослом, потому что он не заслуживает другого имени.

- И как принял твою свободу твой наставник?

- Как и всё прочее, что выпало ему в последние дни.

Он метил на место верховного мага Звёздных Дождей – но Аль-Анвар жив и благополучен. Он думал, что будет служить благодарному ему Аль-Аскару – но Аль-Ахалиль, отец Аль-Аскара, тоже жив и благополучен. И в союзниках эмира – братья Отвили, а у братьев Отвилей – и бизантийцы, и Потомки Пророка, и Пустынные Тигры, наверное, тоже.

Из главного зала послышались голоса – сюда шли люди. Эмир Дождей, Змей, рыцари короля. Годфруа быстро глянул в ту сторону, и быстро спросил:

- А здесь-то ты для чего? Почему ты решила рассказать мне всё?

- Потому что я против того, что они задумали.

Ты и твой брат единственные, кто может собрать все силы Устики и встать против них, и против того, что спит в огнедышащей горе, - и снова опустила взгляд на мрамор пола.

- Договаривай, - сурово сказал Годфруа.

- А ещё я не хотела, чтобы ты помнил меня презренной предательницей, - прошептала она еле слышно.

Но мы трое разобрали каждое слово.