Варвара начинает и побеждает

Но где моё войско? Где тела врагов?

- Увидишь… если захочешь и сможешь. Если вспомнишь, кто ты и что ты делал последнее в своей жизни.

- Ты говоришь – бился, у меня нет причины не верить тебе. Ничто не протестует во мне, когда я слышу о битвах, наверное, мне случалось выходить против врагов.

- Вспомнишь – сможешь просить, о чём захочешь.

- И как же я вспомню? Хоть подсказку какую дайте, что ли. Даже Аль-Ахалиль их давал… Стоп. Кто такой Аль-Ахалиль? И причём он вообще?

- Вспоминай. А мы идём дальше, но ещё вернёмся к тебе.

- Осталась ещё одна дева-воительница. Что же, теперь всякая дева – амазонка?

- Нет. Но они ещё встречаются.

Голоса звучали совсем рядом, я снова собралась с силами – как для того, чтобы опустить поднятую перед собой под прямым углом ногу, которую держала уже долго, но эту ногу ни в коем случае нельзя бросать, а нужно ещё приподнять – самую чуточку, этого достаточно – и только потом опустить, медленно и аккуратно.

- Ногами машет. Для чего она машет ногами?

Я вновь разлепила неизвестно когда успевшие закрыться глаза, по ним резанул непонятный свет. Когда стало можно смотреть и не щуриться, я разглядела двух мужчин – в странной намотанной прямо на тело одежде. Я ведь когда-то даже знала, как такая одежда называется, а сейчас ничего не знаю. Один и вправду был старше, бородат и величественен, а в руке у него искрилось что-то, похожее на молнию, но как молния может оказаться в руке? Второй выглядел ощутимо моложе, и в руке держал всего лишь молоток.

- А ты что хочешь, блудная душа?

- Это я – блудная душа? – губы пересохли, язык распух и не ворочается, говорить трудно.

Или меня снова оперировали под наркозом? И я теперь отхожу от него с такими вот… видениями?

- Ты, ты. Ты спутала всё. Твоя невольная сестра должна была умереть, а ты – нет. Но вы умерли обе, правда, не до конца.

- Нет, - сказала я быстрее, чем подумала.

- Я чего-то не знаю, правда? Как я могу выбрать, если не знаю, из чего должна выбирать?

- Смотри, какая шустрая. Всё ей расскажи, - усмехнулся тот, что старше. – Только ты сама можешь понять, кто ты есть, и для чего ты там, где ты есть.

- А где я есть? – ну вот, говорить уже проще.