Варварский берег

 – Почему вы не уберегли де Монтиньи?

– Г-господин л-лейтенант-генерал, – оправдывался Бастиан, – мы не нашли мертвого т-тела капитана.

– Там хватало убитых янычар, – сказал Айюр, – а вот наших – ни одного.

– Вы хотите сказать, что де Монтиньи в плену?

– Я хочу сказать, что он пропал без вести.

И только Кэриб Уорнер хранил молчание. Он догадывался, что случилось, опыт был…

…Покидая Альф-Раас, это логово берберских пиратов, Сухов оглянулся на гавань. Грохочущий «пороховой вулкан» хорошо осветил склоны холма, а пылавшие суда смахивали на излившуюся лаву.

Туча дыма, подсвеченная красным и желтым, клубилась, возносясь в небо, то и дело застилая корабли французской эскадры.

Но вот задул ветер, относя гарь, и словно раздвинул театральный занавес – громадный «Сен-Эспри», флагман адмирала Дюкена, показался во всей своей красе.

В одной линии с ним стояли «Дюк» и «Шеваль-Марин».

И снова их борта окутались облаками порохового чада, прогремели раскаты залпов.

Крушить в порту уже нечего было, ядра предназначались жилищам, складам и прочим постройкам – сухая глина изрядно пылила, закручиваясь пыльными вихрями в местах попаданий.

Развернув коня, Олег дал шенкелей, догоняя друзей – Алёна всё оглядывалась.

Поравнявшись с нею, Сухов мимолетно погладил жене руку, подбодрил улыбкой.

– Всё будет хорошо! – громко сказал он.

– И даже лучше! – рассмеялась Мелиссина.

Скачка продолжалась весь недолгий остаток ночи и утро. Всадники не привлекали к себе особого внимания.

Ну скачут себе и скачут.

Стало быть, надобность в том имеется.

К вечеру разбили лагерь в Атласских горах, в укромной долинке, где нашлась и вода, и трава.

Все были взбудоражены: и кони, и люди.

Приближалось то, к чему так стремились четверо всадников и одна всадница, а лошади просто радовались движению после скучного стояния в конюшне.

Комов с Лобовым собирали сучки, ветки и прочий хворост, Быков набрал воды в котелок и уселся, не желая шевелиться более, а Пончик как лег, так и лежал, погружаясь в дрему.

– Скоро уже… – пробормотал он сонно.

– Скорей бы… – вздохнул Ярослав.

– Поедим и отбой, – сказал Олег, обтирая коня пучком травы. – Подниму рано…

Рано – это четыре часа. Не поймешь – то ли утра, то ли ночи.

Погоню Сухов заметил, когда они проехали Константину – облако пыли над дорогой выдавало конный отряд.

Вычислили их или они сами где-то прокололись – думать об этом было некогда.

– Добавим прыти коняшкам, ребята и девчата, – серьезно сказал Олег.