– Представляю, какую славу я завоюю себе среди своих родственников! – с грустной улыбкой сказала Миллисент. – Вдова с ножом!
Миссис Норидж пожала плечами:
– За все решения нам приходится чем-то расплачиваться. Зато вы не взяли на себя грех смертоубийства, дитя мое, а это куда важнее репутации в глазах родни. Пойдемте в дом, здесь становится слишком ветрено. Мисс Барроу возвращается через три дня, и нужно успеть вернуть цепь на место, чтобы не волновать бедную старуху.
На этом история Миллисент Кендел и Гэвина Фейна могла бы закончиться.
Однако четыре месяца спустя миссис Норидж получила письмо. Содержание его было таково, что она сочла необходимым незамедлительно поделиться с бывшей воспитанницей."
"В первых строках адресант сообщал, что он пишет по просьбе и от имени Джека Одли, который находится в больнице святой Катерины, что в Ливерпуле. Джек просил передать Эмме Норидж, что на середине пути в Порт-Джексон «Мари-Роуз» постигла беда. Несколько заключенных подняли бунт. Убив конвоира и двоих матросов, они завладели оружием, и тогда к ним присоединилось еще около тридцати осужденных.
На судне завязался бой, в котором и был ранен Джек. Однако команда во главе с капитаном оказала сопротивление; на их стороне было численное и огневое превосходство. Девятерых заключенных застрелили, пятерых ранили.
– «После этого все остальные разбежались, как зайцы, – читала вслух миссис Норидж, – а кое-кто от страха попрыгал за борт. Их выловили, хотя если б меня спросили, я бы сказал, пусть поплавают с акулами.
Среди тех, кого застрелили, был Гэвин Фейн. Он-то, рассказывали, и подбил остальных бунтовать, чуть только смог говорить после сами знаете чего. Застрелил его капитан, я видел это своими глазами. Он лежал мертвый на палубе, и голова у него была пробита пулей. А мы с Джорджем ни при чем, не подумайте. Наш с вами уговор мы соблюли».
Дочитав, миссис Норидж разорвала письмо и бросила в камин.
– Упокой Господь грешную душу Гэвина Фейна, – сказала она, глядя, как чернеют в пламени обрывки.
– Он все-таки добился мужского правосудия.
Кошка Эббервилей
– На помощь! Эстер плохо! На помощь!
На крик полковника сбежался весь дом.
Эстер Эббервиль, обмякнув, лежала у него на руках. Стали искать нюхательную соль, но миссис Эббервиль пришла в себя раньше, чем горничная принесла склянку.
– Кошка была здесь! – слабо проговорила она. – Сидела на подоконнике в коридоре!
– Я видел эту тварь собственными глазами, – подтвердил взволнованный полковник.
