Я уже рассказала Норвину о микроскопе, и это его впечатлило. В остальном мой муж не слишком разбирался, но слушал всегда внимательно.
– Не удивлюсь, если в ученой среде есть продажные сволочи, которые по заказу наших соседушек тормозят развитие науки и медицины. Чует мое сердце, что декан в этом тоже замешан.
– Сегодня попробую повесить на него заклинание прослушки. Хотя этот фокус может не пройти с магами такого высокого уровня. Уверен, он защищен от и до. Эллена, обещай, что будешь осторожна, – серые глаза смотрели внимательно и твердо.
– Никакой самодеятельности, этот человек может быть очень опасен.
– Мне с ним еще в госпитале встречаться.
– Вот это мне и не нравится. Что-нибудь придумаем.
Мы замолчали. Я чувствовала, как эта напряженная и тревожная тишина впитывается в поры.
– Командующий форта ждет от меня планы по лекарской помощи в военное время? – спросила я, просто чтобы не молчать.
Как хорошо, что в свое время я писала реферат о жизни светила отечественной медицины – Николая Ивановича Пирогова.
Его вклад во время Крымской войны был неоценим, но, как обычно, недооценен государством.
– Подождет, – кисло бросил Норвин. – Ты и так слишком замоталась, похудела, – он провел мозолистым пальцем по щеке. – Тшш… не спорь, неугомонная женщина. Слушай, а ты случайно не?.. – и многозначительно округлил глаза.
Я покачала головой.
– Нет.
– Кхм, ладно. Все равно сейчас это вопрос не первостепенной важности. Я не могу подвергать тебя двойной опасности.
Я знала, что Норвин хочет детей.
Я тоже хотела, и не раз мы с ним говорили на эту тему, но оба понимали, что сейчас не время. А с другой стороны – настанет ли оно вообще, это подходящее время?
* * *Я надела неброское, но элегантное платье с серебристым отливом. В тон ему выбрала комплект с лунными камнями: серьги, кольцо и кулон-артефакт. У меня был план, согласно которому я хотела подсмотреть самые темные и закрытые эпизоды памяти Эллен. Особенность местной магии в том, что на новый виток выводит какой-то стресс: острый страх смерти, страх за близкого человека, сильное эмоциональное потрясение, изменения в организме типа пубертата или лунного цикла.
Может, общение с неприятным пугающим человеком и станет тем толчком, который пробудит нужные воспоминания?
Конечно, это все рискованно, но выбора нет. Норвин собирался держаться подле меня все это время, ни на минуту не выпуская из поля зрения, к тому же Пискун в виде браслета окольцовывал запястье.
