– Отдыхайте, а домой отправимся завтра. Вам надо беречь себя.
– Спасибо, нейт Лейн, – я снова откинулась на подушку и закрыла глаза. Сегодня у меня есть полное право на ничегонеделание. – Если бы вы знали, как я рада.
Теперь предстоит сообщить эту новость моему мужу. Я знала, Норвин тоже будет счастлив!
Эпилог"
"Я собрала волосы в строгую прическу, поправила воротничок на платье, покрутилась перед зеркалом и подмигнула своему отражению. С раннего утра меня наполняло радостное возбуждение: сегодня мы отправляемся порталом в столицу на крупную научную конференцию.
Она готовилась почти полгода! Будет много именитых лекарей из разных городов, и мы с Лейном, Сальвадором и Ули выступим там. Памятный съезд в Тауле запустил цепочку событий, благодаря которой все больше и больше людей узнавало и интересовалось асептикой и антисептикой, а также ролью болезнетворных частиц в жизни человека.
Ули с Сальвадором представят усовершенствованную модель микроскопа и свои труды по изучению ботулизма, оспы и холеры.
Это событие грозит стать настоящим прорывом в научном мире, я предвкушаю целый взрыв! Примерно такой же, какой последовал после нашего выступления в Тауле. Пришлось повозиться, чтобы организовать это событие, и большое спасибо Норвину, что помог, подключив свои связи. Муж должен был прибыть с минуты на минуту.
Наш новый дом, построенный рядом с госпиталем, был гораздо просторней старого и воплощал все мои мечты. Я пробежалась по этажу и заглянула в детскую комнату, где Сашенька резвился на пару с Пискуном.
Увидев меня, малыш оторвался от плюшевого зайца и, улыбаясь во весь рот, потопал ко мне.
– Иди сюда, мой хороший, – я подхватила его на руки. – Мамочке и папочке надо уехать, но мы скоро вернемся. А с тобой побудет Грэта.
– И Пискун? – спросил сын, глядя на меня своими небесно-голубыми глазами. У него, родившегося в пору золотого листопада, были светлые вьющиеся волосы. Просто маленький ангелочек, который время от времени превращался в демоненка.
Помню, когда Норвин узнал о моей беременности, чуть с ума не сошел от радости и волнения. Хотел вообще запретить работать, но потом согласился, что достаточно просто снизить нагрузку и исключить ночные дежурства. Я и сама понимала, что для меня было в тот момент важнее, потому даже не спорила.
Держа на руках тринадцать килограммов чистого счастья, я не могла поверить, что, приняв на свет сотни младенцев, я, наконец, смогла ощутить счастье материнства.
