В том числе и о погибшей целительнице.
Убирая посуду, боковым зрением я заметила, как муж поморщился и украдкой коснулся живота. Я сразу насторожилась:
– Норвин, что с тобой?
– Ничего, тебе показалось, – ответил он как ни в чем не бывало.
– Живот болит?
Вот и наготовила на свою голову, называется! Но Норвин, как настоящий солдат, ни за что не признается. Вздохнув, я сложила посуду и вытерла руки полотенцем.
– Почему ты не отказался?
– Родители научили меня уважать труд других людей.
– Не стоило себя мучить, мне теперь будет стыдно.
Я думала, что боевым магам нужно много жирной пищи.
Блин-блин-блин, надо было слушать Пискуна. Накаркал, шкура меховая! Не удалась картошечка, у меня самой поджелудочная заныла, хоть я и съела совсем чуть-чуть, а Норвин всю тарелку умял.
Поднявшись из-за стола, Норвин подошел ко мне, положил мне руки на плечи и сжал их. Наклонился, коснувшись моего лба своим.
– В книгах много чего пишут, – произнес шепотом, и у меня по коже пронеслись мурашки.
– Сейчас дам тебе лекарство.
"
"А голосок того… не слушается. И слабость колени подкосила. Но в первую очередь я должна позаботиться о пациенте. Экспериментальным путем я выяснила, что масла надо лить поменьше, а мясо брать менее жирное. Я хотела избавиться от захвата, но стальные пальцы на плечах сжались сильнее, и я поняла, что больше вырываться не хочу.
– Эллена… – тихо произнес Норвин. – Все не так страшно, как ты себе вообразила. Желудок настоящего мужчины переварит даже башмак, если его приготовила любимая женщина.
А теперь прекрати бегать и суетиться. Сегодня мы оба свободны, этот вечер только наш. Будь со мной.
Я ни на миг не сомневалась, какой смысл он вкладывал в это негромкое и уверенное «будь со мной». И мне, черт возьми, этого хотелось. Коснувшись кончиками пальцев его щеки, я произнесла:
– Раз так, то… пошли в спальню. У меня есть еще один самый действенный метод лечения.
Глава 13
Глубоко в душе я мечтала, что утром после романтической ночи меня, словно в мелодраме, разбудит нежный поцелуй, крепкие объятия, запах кофе и круассанов.
Иногда случаются приступы сентиментальности, ничего не могу поделать. Однако моим персональным будильником стало доносящееся с улицы лошадиное ржание и крик «Нейра Э-э-ле-е-е-ен!!»
Да уж, реальность обрушивается на голову пыльным мешком, когда этого совсем не ждешь. Подскочив на кровати, я на цыпочках подбежала к окну и отодвинула занавеску. В спину уперся непонимающий взгляд Норвина, я почувствовала жжение между лопаток.
