Ваше Сиятельство 11 (+иллюстрации)

Туалет же внизу! Сейчас попытаюсь потребовать его сюда — должен услышать.

— Не надо, — остановил я ее. — Пойду встречу его. А лучше, идем вместе, поможешь найти. Элиз, постой пока здесь на случай, если мы с ним разминемся.

Помощь менталистки мне не потребовалась: когда мы вошли в зал и, огибая группу азиатов, направились к лестницам, Бабский сам попался на мои глаза. Как ни в чем ни бывало Алексей Давыдович стоял возле кофейного автомата и… — вот это было неожиданностью! — разглядывал что-то на штуковине, очень похожей на эйхос.

— Видишь? — я придержал Наташу за локоть.

— Вижу, — отозвалась она, отступая влево, чтобы пропустить багажную повозку. — Кажется, у него эйхос! Откуда, Александр Петрович⁈

— Вот это нам и предстоит выяснить. Откуда у него, черт возьми, эйхос, если этой штуки не должно быть ни у кого! Императорский конфидент предупреждал, и я вам говорил об этом дважды! — негромко, но с досадой сказал я. Если у поручика Бабского остался российский эйхос, то это грубейшее нарушение — он мог подставить всю нашу группу.

Получается Лешенька проигнорировал мой запрет на эйхосы. По свойственному ему легкомыслию или были у него серьезные причины: — Теперь ты понимаешь, что у меня были кое-какие основания подозревать этого гуся? — спросил я Наталью. — Он вполне может вести двойную игру. Если наш веселый виконт сейчас выйдет с кем-нибудь на связь, можешь почувствовать хотя бы примерно суть разговора и кто его контакт? Хотя бы в самых общих чертах, Наташ.

— Только очень общих, — с сомнением сказала Бондарева, и вся напряглась — я это почувствовал на тонком плане, перенеся туда часть внимания.

— Хоть ты, Саш, и объяснял, но все равно я категорически не понимаю, зачем ты взял его в группу! — продолжила она, тихонько двигаясь вдоль касс региональных рейсов. — Это же немыслимо, тянуть за собой на такую операцию человека, который может оказаться предателем!

— Для того и взял, чтобы он вскрыл себя. Пока всю, имеющую значение информацию, я держу в голове и не посвящаю в нее даже Элизабет, чтобы она по неосторожности не сболтнула.

А раз так, Бабский не опасен. Не опасен пока. Я наблюдаю за ним, быть может он проявит кем он послан и какие его задачи.

— А если он прямо сейчас на нас кого-то наведет? Думал об этом? — Бондарева тихонько двинулась к лестницам.

— Знаешь, сколько может быть этих «если»? Он не знает куда именно я везу группу, и до вылета из Стокгольма он знать не мог, что мы прилетим в «Heaven’s Gate».