Ваше Сиятельство 11 (+иллюстрации)

Не отвечая ей, Майкл начал спускаться к выходу из подъезда.

Чику, о чем-то говоривший с Синди пока Майкл спускался, нагнал его уже на улице.

— Профессор, ты куда? Все же к вокзалу? — спросил Чикуту, прикуривая.

— Да, но сначала мне надо купить неброский сюртук, и шляпу, — ответил барон Милтон, направляясь в сторону газетного киоска.

— Ладно, давай будем идиотами — пойдем туда. Пусть нас нахуй убьют! Да, хранит наши души Эекатлль и пошлет нам великий бог много денег за храбрость! — ацтек сжал в руке медный знак, висевший у него на груди, и воздал глаза к небу.

Майкл обернулся на Синди, и подумал, что дорожная сумка, которую Шухер взяла с собой, может оказаться кстати. Если он зайдет с ней на вокзал, то с таким багажом и в подходящем наряде может сойти за человека, готовящегося к поездке на поезде, и тогда если там дежурят люди Сладкого Хариса, он привлечет меньше внимания. У тому же в сумку можно положить содержимое ячейки. Не по карманам же распихивать! Как он не подумал об этом раньше!

— Мы пойдем через старый стадион, — решил Чику.

— Хорошо. Сделаем так: придем на Майл-Энд, ты вместе с Сидни постоишь в сторонке. На вокзал я пойду один. Только сначала завернем в одежную лавку, — барон Милтон свернул с Чиксан-стрит в проулок и там едва не столкнулся нос к носу с Хорьком.

— Кэрби все-таки преставился. Сегодня в 12.30. Отмучился, бедолага, — Идальго сделал скорбное лицо, но при этом довольная усмешка так и прилипла к его тонким губам.

— Знаю. Мы выходили, как раз сообщение пришло, — Джон Дарем начал притормаживать, перестраиваясь в правый ряд. Грязно-зеленый купол вокзала на Майл-Энд уже появился за деревьями сквера.

— Я, бля, нихрена не понимаю, как какой-то неизвестный никому мудило мог зарезать Артюра и застрелить Кэрби и Гончего⁈ Как, бля⁈ — возмущался Зевс, ерзая на заднем сидении и сжимая огромные кулаки.

Идальго хотел ему что-то возразить, но пробормотал что-то невнятное. Из них четверых, спешно посланный Боксером на вокзал, молчал только господин Гиббс, хмурясь и прижимая к себе тяжелый саквояж с набором весьма специальных инструментов.

— Как, как… — отозвался Дарем, сворачивая к парковке. — Сказали же — Профессор. Залетный какой-то.