Ваше Сиятельство 4т (СИ)

Только тогда непонятно, почему эта субстанция находилась на поверхности земли возле «канальи». Морены здесь так же не было, хотя это пространство хранило её прежнее присутствие. Насколько я знал, богиня смерти редко вмешивалась в дела живых, и последнее тысячелетие её культ потерял силу.

В следующий миг меня кое-что насторожило. Я обнаружил следы ещё одного бога. Они были едва заметны, поэтому я не мог определить, кому именно они принадлежали. Ясно одно — этот бог мужчина, он появлялся здесь недавно, не позднее сегодняшнего вечера.

Это был дурной знак. Неужели, Гера, готовясь к встрече со мной, заручилась ещё чьей-то поддержкой помимо Арханы? Всё настолько серьезно? И кто этот бог? Посейдон, ненавидящий меня за Полифема уже многие тысячи лет? Но великий держатель вод не любит удаляться слишком далеко от морей. Ответа пока не было. Могу лишь определить с высокой вероятностью, что здесь не так давно, присутствовал кто-то из олимпийцев. И хорошо, если бы от оказался Гермесом, дружным с Артемидой.

Гул голосов из ритуального зала стал громче.

Осторожно, стараясь не издавать звуков, я сделал несколько шагов, вошёл в зал, занимая место в густой тени за колонной, так чтобы видеть происходящее не только через восприятие тонкого плана, но и глазами.

Скоро я понял, причину возникшего оживления: в зал вошёл сам виконт Турчин, одетый в тёмно-серую рясу с тёмно-бронзовым медальном на толстой цепи. Я не сразу узнал его лицо, отчасти прикрытое капюшоном. За ним ввели назначенных для жертвоприношения. Их оказалось двое: девушка и парень лет восемнадцати — двадцати.

Вероятно, поклонники Морены проводили парное жертвоприношение: два алтаря из чёрного камня находились в центре зала у подножья статуи богини смерти. Двое несчастных, жизнь которых должна скоро оборваться, явно были чем-то опоены, но всё равно осознавали происходящее, слабо пытались сопротивляться. Чуть позже я догадался, что они были парой или даже семьёй: в момент, когда один из «Стальных Волков» грубо подтолкнул парня к алтарю, девушка что-то крикнула и потянула к нему руки. Она, раздетая по пояс, в тёмном зале казалась совсем жалкой. На её худеньком теле темнели рунические знаки, выведенные синей краской.

Спасение этой пары превращалось в непростую задачу, потому как изначально я рассчитывал расправиться с поклонниками Морены, нанося не точечные удары, а сразу работая по всей площади зала. Сделать это стремительно, мощно без всякой пощады. Из этих мерзавцев я никого не собирался оставлять в живых.