Ваше Сиятельство 7 (СИ)

Значилось там и Центральное Полицейское Управление, и Служба Имперской Безопасности, и Особая канцелярия Имперского Сыска, и еще пара серьезных ведомств, несколько громких имен, несколько незнакомых. И… императрица Глория.

Возник жуткий соблазн ответить ей. Все-таки она — вершина всей этой темной пирамиды. Что скажет мне госпожа Глория Ричмонд? Потребует остановиться? Вернуть папки, в том числе и с компроматом, касающимся напрямую ее? Пообещает мне все возможные кары земные и небесные? Одна такая уже обещала. Имя ее — Гера… бедная Гера.

Она должна уже возродиться. И вряд ли это событие пройдет совсем незаметным для меня.

На моем месте вряд ли кто сейчас активировал бы канал связи, но я это сделал. Астерию можно: ведь жизнь, это не более чем игра. Почему бы не поиграть с императрицей.

В туманной глубине экрана, обрамленного бронзовыми завитками, угадывался небольшой зал. На стенах из розового и голубого мрамора проступала бледная роспись и первым, к своему удивлению я увидел лицо Геры. Вот так… Есть в одном миров интересная поговорка: «Вспомни чертовку, она и появится».

Правда лицо Геры было лишь изображением на стене. Прошла еще минута или две, и я увидел другую чертовку, вполне земную, настоящую, когда-то взявшую в сердечный плен нашего императора.

— Кто ты?! — Глория гневно смотрела на меня.

Интересный вопрос с ее стороны. Неужто не знает?

Вопрос императрицы требовал немедленно ответа, но я немного потянул с ним. Все равно милости с ее стороны ждать не приходилось, а имперские дела складывались так, что в ближайшие два дня все кардинально поменяется.

Либо Глория уйдет в тень, и тогда ее гнев, как и ее императорская милость станут маловажными. Либо я, как и многие другие люди, противостоящие ей, уйдем в тень, при чем гораздо более глубокую и холодную. Все же последнее вряд ли. Пока все складывалось в нашу пользу. Позволив сеть себе поудобнее, я ответил:

— Граф Елецкий Александр Петрович, ваше императорское величество!

— Что вы смеете делать в вимане князя Козельского и где он сам?! — она нахмурилась.

— Григория Юрьевича нет здесь, — я оглянулся, словно желая убедиться в справедливости собственных слов. И соврал я не слишком, ведь мой ответ мог касаться лишь рубки, а не всей виманы. — Я здесь смею делать… Управляю виманой я, ваше величество. Спешу доставить очень важные документы из сейфа Григория Юрьевича по назначению.

— По какому праву и с чьего ведома?! Какие именно документы?! — императрица, до сих пор стоявшая, села в кресло.