Ваше Сиятельство 7 (СИ)

Но я подозревал, что они могли быть и, похоже, мои слова попали в цель: Козельский отвел взгляд в сторону, и как-то совсем осунулся. А я продолжил на него давить:

— Раз так, то для вас, Григорий Юрьевич, все может сложиться печально. Ни Глория за вас слово не замолвит, ни тем более наш будущий император Денис Филофеевич. Вы же понимаете, что это «Конфетти» просто убьет вас. Впрочем, как и содержание папки «Гром» если его повернуть не так как вы хотели, а так, как выгодно нам. Знаю, в ней много протоколов фиктивных.

Но я могу вас спасти, — повернувшись к панели управления и убедившись, что мы окончательно оторвались от преследования, я снова скорректировал курс, забирая теперь на север.

Козельский не задал вопрос «как?», который я ожидал. Стоически молчал, но в глазах его появился интерес.

— Для этого вам нужно просто занять правильную сторону в этой войне, — сказал я. — А именно: сказать, что вы осознали все свои прежние ошибки, осознали, что Родина для вас все же не пустой звук.

Наконец поняли, что разменивать интересы Отечества на личные интересы — это преступно. И решили исправить все, что пока еще можно исправить. Вы сам передали мне ключи от кабинета и всячески способствовали мне советами, как эти папки забрать и передать в правильные руки. А позже вы сам в подробностях расскажите о тех аспектах вашей операции «Гром», которые не отражены в материалах в папке. Так же расскажите о тех людях, которые прежде были на вашей стороне и плели интриги против собственного Отечества. Если вы на это пойдете, то я замолвлю за вас слово, и от гнева Глории вас спасет наш будущий император Денис Филофеевич. Согласитесь, в связи с новыми обстоятельствами он — гораздо более выгодный покровитель.

— Что мне за это будет? Ссылка, заключение? — князь повернулся набок — видимо наручники, стягивающие руки на спиной, не позволяли ему сидеть удобно.

— Экий вы прагматичный человек. Григорий Юрьевич, я — не судья. И решать будет цесаревич, — я так назвал Дениса потому, что уже почти не сомневался в окончательном итоге происходящих событий.

— Надеюсь, по большому счету вы избежите беды для себя, останетесь на свободе и, возможно, даже в столице. Но государственной службы точно лишитесь, как лишитесь возможности влиять на внутреннюю политику нашей империи.

— Могу я поговорить с князем Ковалевским? — спросил он, и я понял, что Григорий Юрьевич почти согласен с моим предложением.