Ваше Сиятельство 7 (СИ)

Рискнула, чтобы не трястись целые сутки в эрмимобиле, хотя для этого ей снова пришлось воспользоваться услугой пронырливых личностей из багажной службы.

— Вам известно, что вас ищет британская полиция, при чем GST, — таможенник внимательно вглядывался на экран, где появились строки на английском и несколько ее фотографий.

— Да, конечно, правда я не знаю, что такое GST, но полиция точно ищет, — Элизабет мило улыбнулась. На самом деле эта мысль ей стала приятна.

— GST — это их отдел, по расследованию особо опасных преступлений.

Дело инициировано самим герцогом Уэйном, — пояснил поручик. — За что вас разыскивают? — спросил он, хотя уже знал ответ.

— Чертово дерьмо… — от удивления прошептала Элизабет. Герцог Энтони Уэйн был главой британского общества Исследователей Закрытой Истории и в силу общих интересов пересекался с виконтом Уоллесом. Неужели она наступила на больной мозоль самому герцогу.

— Что вы сказали? — не расслышал таможенник. — Я спросил, за что вас разыскивает отдел GST?

— За убийство двух мерзавцев и ограбление виконта Джозефа Уоллеса, хотя я его не грабила, а только забрала свое, — пояснила миссис Барнс.

— Все, что я взяла, — она кивнула на предметы, разложенные на столе досмотра, — это не более, чем компенсация за физический и моральный вред, которые Джозеф со своим другом нанес мне. Часть этого вреда на моем лице. Ах, да, я кажется ему еще руку топором отрубила, — вспомнила Элизабет. — И это тоже часть компенсации.

— Какая опасная вы женщина! — улыбнулся таможенник и повернулся к вещам, извлеченным из дорожной сумки англичанки и разложенных на столе.

Поднял золотую египетскую маску, оглядел ее с внутренней стороны. — Вы подтверждаете, что эти вещи имеют высокую культурную или историческую ценность?

— Разумеется, да. Кроме остробоя и моего фотоаппарата. Все, это — миссис Барнс указала на предметы в правой части стола, — вещи из коллекции того мерзавца — Уоллеса.

— И вы понимаете, что теперь без разрешения Комиссии Надзора за историческими ценностями и артефактами вы не сможете вывезти их из России, — поручик сделал несколько записей в протоколе.

— Я не собираюсь их вывозить. Как и сама не собираюсь больше покидать вашу страну, — сказала Элизабет.

— Ваше благородие, скажу вам откровенно, с этим… — он ткнул пальцем в экран терминала, где еще светились строки с кровавыми «подвигами» миссис Барнс в Портсмуте и Эшере, — вам будет очень трудно получить наше подданство. Скорее всего невозможно.