Ваше Сиятельство 7 (СИ)

Так же я хотел дать поручение Торопову узнать побольше об этом герцоге Уэйне, попытаться выведать, над чем он работает, каковы его основные интересы сейчас. Ведь, посоле убийства Джеймса Лаберта — об этом ожидаемом событии меня известил Федор Тимофеевич по эйхосу вчера — я понял, что у Торопова есть свои серьезные агенты на землях Коварного Альбиона. Теперь господин Торопов начал представляться мне гораздо более серьезной фигурой, чем просто глава частного сыскного агентства. Я даже подумал, что за ним стоят какие-то влиятельные силы в верхах нашей империи.

При чем эти силы дружественны мне.

Мы свернули на Банную, эрмимобиль, пыхтя паром, остановился на площадке перед небольшим сквером, за зеленью которого проступали белые колонны клиники.

— Миссис Барнс, прошу, — я открыл двери, выпуская ее.

— Алекс… — выйдя из машины баронесса остановилась в сомнении, потом сказала: — Можно тебя попросить?

— Да, дорогая, — взял ее дорожную сумку.

— Не называй меня «миссис Барнс». Я не хочу иметь ничего общего с прошлым.

А Теодора я бы хотела убить, — с заметной злостью произнесла она.

— Какая ты кровожадная, — рассмеялся я, не придав значения ее словам о муже. — Элиз, я постараюсь, но такое у меня может получаться по привычке. Идем.

Я отвел ее в клинику. После недолгого ожидания у двери с табличкой «Вод только по приглашению» передал двум специалистам — магу-старичку и целителю с двумя широкими красными нашивками, вероятно подчеркивающим его статус.

При мне они бегло осмотрели Элизабет и попросили заехать за ней через часа два — два с половиной.

Заверили, что проведут полное обследование баронессы и постараются снять с ее лица все следы, которые вызывали болезненные воспоминания. На примере графа Сухрова я знал, что электро-эрминговые процедуры в «Леде» творят чудеса почти так же эффективно, как моя собственная целительная магия — ей я мог влиять только на себя. Я заплатил в кассу 160 рублей и направился пешком к салону транспортной техники.

Время у меня имелось в достатке и я, прежде чем зайти в салон, посидел в севере на лавочке, скурил сигарету, глядя на башню «Синяя Даль», сверкающую голубым стеклом.

В этой башне располагалась одноименная гостиница, считавшаяся вполне приличной, и я подумал, что Элизабет на время можно поселить там. Затем мои мысли вернулись к необычной аномалии чеширской баронессы, благодаря которой ей мерещился мой образ, и перенеслись к Ольге, с которой мы расстались непривычно холодно.