Ваше Сиятельство 7 (СИ)

Я обнял Элизабет, моя грудь прижалась к ее спине. Целуя ее в шею, взял ладонями груди, несильно сдавил их, выпуская между пальцев твердые соски. Элизабет вскрикнула, падая на грудь и задрожала подо мной. Хриплое дыхание частыми порывами вырывалось из нее, вместе с моим именем.

— Ты кончила, что ли? — удивился я.

— Да! — призналась она, стиснув бедрами мою ладонь и кусая подушку. — Прости, не дождалась… Не дождалась тебя в себе.

— Это ты прости, — сказал я, целуя ее плечо. — Сейчас все повторим заново. Будем считать, это была репетиция.

Еще около часа мы наслаждались друг другом, потом я поспешил принять душ, думая, что если не вышло с Тороповым, то нужно хотя бы попасть пораньше домой и заняться свитком. Тем более завтра вернется Майкл — он отправил сообщение не только Елене Викторовне, но и мне.

— Заказать для тебя ужин в номер? — спросил я Элизабет, выходя из ванной и завязывая халат.

— Нет. Я сама спущусь в ресторан и немного прогуляюсь. Можно? — она шевельнулась под покрывалом.

— Элиз, желательно отель не покидай надолго и ни с кем не вступай в общение.

И ни в коем случае не вздумай завтра встречать Майкла. Есть вероятность, что за ним будут следить, — предупредил я, высушивая волосы полотенцем.

— Я понимаю. Алекс, я же не глупая девочка. Тем более после бегства из Эшера у меня есть понимание, как себя вести, — она приподнялась, покрывало сползло, открывая ее великолепную грудь.

— Элиз, ты… — я подошел, наклонился и поцеловал ее в губы. — Ты молодец и очень большая сучка.

— Ты так говоришь, потому что я люблю трахаться? — она откинула покрывало.

— Трахаться все мы любим: и я, и моя невеста, и, конечно, ты. Я так говорю, потому что у тебя такое отношение к жизни. Все, пусти, — я осторожно разжал ее руки, державшие меня за шею. — Надо поторопиться.

Не успел я отойти от кровати, как почувствовал волнение на тонком плане. Возле окна появилось жемчужное свечение. Гера? Нет… Артемида. В этот раз я угадал раньше, чем пространство развернулось, пропуская мою небесную возлюбленную.

Я подумал, что вид миссис Барнс, едва прикрывшейся пледом, не обрадует Охотницу. Тем более что именно Элизабет была причиной моих разногласий с богиней.

— Радости, тебе Прекраснейшая из прекрасных, — сказал я, когда Артемида полностью обрела земное тело.

— И тебе Радости, Астерий, — она обернулась на баронессу, лежавшую на постели.

— Надеюсь, присутствие Элизабет не омрачит твое настроение? — я подошел к Артемиде, обнял и хотел было поцеловать.