Я посмотрел в голубые, полные тревоги глаза Синицыной, и сказал:
— Ну, чего ты? Все хорошо. Нас ждут кое-какие перемены. Я пока не знаю какие. Надеюсь, хорошие. Плохих мы просто недопустим.
— Саш, тебе легко говорить. Меня пугает эта неизвестность, — она прижалась ко мне.
— Пойми главное: у тебя нет больше физического тела, а значит для тебя нет того огромного числа угроз, которые существуют для обычных людей. Подумай над этим. Хорошо подумай. Поверь, эта мысль очень важна, и она должна стать основой уверенности, которую ты найдешь сама в себе.
Эта уверенность будет расти с каждым днем, по мере того как ты будешь узнавать больше о себе-новой и окружающем мире. За ней будут расти твои силы и растворятся опасения, которые тебя пока мучают, — я поцеловал ее и активировал «Капли Дождя» передавая ей покой и расслабление.
Сказал, а на душе у меня все равно осталась необъяснимая тревога.
Вспыхнул яркий свет и раздался шум, пришедший мгновенно и громко. Скорее не шум, а грохот… Через несколько мгновений я понял, что это грохот падающей воды.
Я повернулся и увидел: дальний простенок растворился, открывая дорогу в место, которое не могло существовать в Москве и близких окрестностях столицы. Справа с высокой скалы с шумом срывался водопад, наполняя небольшое озеро с чистейшей бирюзовой водой. С другой стороны от водоема начиналась дорожка взбиравшаяся на кручу. И там дальше между деревьев и кустов проступал мраморный дворец с величественными колоннами и золотыми рельефами."
"Пока мы не покинули помещение храма и имелась связь с Всеимперской сетью, я отстегнул эйхос, нажал боковую пластину и проговорил сообщение для баронессы Евстафьевой:
«Талия, извини, но мы здесь задержимся не менее чем часа на два.
Очень не хочу мучить тебя ожиданиями. Завтра буду на похоронах Айлин. Свободное время появится только на следующей неделе. Еще раз извини. Не скучай».
— Это сад Артемиды, — узнала Синицына, разглядывая открывшийся перед нами великолепный пейзаж. Увлеченная созерцанием водопада и необычно красивых цветов, она, наверное, не обратила внимания на мое сообщение баронессе.
— Надо понимать, богиня нас приглашает. Идем, — я шагнул на мощеную синеватым камнем дорожку, взбиравшуюся в три этапа ко дворцу.
Артемида встретила нас у ступеней, и по ее поджатым губам и пронзительному взгляду я понял, что богиня не в лучшем настроении.
— Не могла впустить вас раньше, — сказала она еще издалека. — Не хотела, чтобы вы столкнулись с Фебом. Только что прогнала его.
