Хочешь, поехали, прогуляемся по Тверской, может туфли себе куплю?
— Если вы прекратите жить всякими домыслами, а немного подождете, хотя бы до вечера или до завтра, то я поясню, почему разговор с графом Сухровым важен, и почему сегодня не могу уделить вам время, — сказал я. — А если же вам больше хочется поиграть в обиды, то довольствуйтесь ими без меня.
Я повернулся и пошел по коридору к лестнице. Да, по отношению к Айлин я поступил жестоко, но ее нужно немного встряхнуть. Я вполне понимаю, что она переживает за меня, но сейчас я не имею возможности объясняться с ней, и самое лучшее, если госпожа Синицына научится доверять мне всецело и беспрекословно.
Нет сомнений, что вокруг меня в будущем будет ни раз складывается ситуация, когда Айлин лучше быть как можно дальше от меня и меньше знать. Поэтому моя вынужденная жестокость сейчас это лишь прививка, чтобы в будущем Айлин воспринимала подобное без особых переживаний и принимала как должное.
А вот княгиня Ковалевская — это отдельный случай.
Если она себя чувствует обиженной, то ей это особо полезно. Может постепенно начнет понимать, что мир не вертится вокруг ее ног, и покупка туфелек не является целью моей жизни. Да, она видит во мне прежнего графа Елецкого, которым было гораздо легче управлять, играя в капризы, и ничего не давая взамен, но кое-что поменялось.
Я спустился на первый этаж и пошел в сторону столовой. По пути встретился барон Адашев и несколько его одноклассников.
Постоял с ними, поболтал несколько минут, но не стал ничего говорить о предстоящем сегодня в Шалашах. Были серьезные опасения, что «Стальные Волки», если проиграет их Варга, могут выместить злость на ком-то из пришедших со мной ребят. За Сухрова и его команду я не беспокоился — это дело Еграма, и он гораздо лучше меня знает повадки «волчьей стаи». Под конец нашего разговора с Рамилом к нам подошла Света Ленская с двумя подругами. Та самая виконтесса Ленская, аппетитные формы которой мы как бы вскользь обсуждали с Сухровым вчера у двери в класс, когда она прошла мимо как королева.
— А ты правда такой сильный, что теперь гора школы? — спросила она, улыбаясь полными губами.
— Ты, наверное, хочешь потрогать мои мышцы? — шутя ответил я ей.
— Ну да, я бы хотела… — последнее слово Светлана произнесла с придыханием.
Ничего не скажешь, умеет барышня подразнивать. Не только одеждой, манерами, но и хитро сказанными словами.
