Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Вечно же мутящая воду царевна Гаухаршад после смерти (читай — устранения путем отрубания головы) её сторонников сеида Беюргана, князя Кадыша и Чуры Нарыкова (этого просто убили при бегстве из города) сидит и молчит. Сторонников у неё нет больше, так что подлости от неё можно не ждать. Разве отравить попытается. Но её можно в башню заточить и никого к ней кроме одной служанки не допускать, а ту поставить глухую, чтобы царевна не попыталась новых соратников найти.

— Да зачем такие сложности, отправьте её в Касимов, там она воду мутить не сможет.

Там у неё нет и не будет сторонников. Зачем мне эта мина здесь, — прочитав рассуждения о царевне, удивился Юрий Васильевич.

— А при чем тут ты, князь Юрий Васильевич? Ты в Казани не останешься, ты с нами в Москву поедешь, — вскинул густые брови вверх Василий Семёнович.

Уже по глазам и по бровям Юрий Васильевич подвох почувствовал. А когда записку ему монах протянул, то даже руки от неожиданности развёл.

— Как это? Это мои вои… Да такое оружие нельзя здесь оставлять.

Вы там с ума посходили? — Боровой встал и вокруг костра обошёл, потом на место плюхнулся. Нет. Сидеть тут в Казани он не хотел. Да ещё батянька Сююмбике со всем ногайским войском припрётся разбираться, чего там с его зятем любимым и кровиночкой — красавицей дочкой. Где-то на краю сознание была цифра в сто двадцать тысяч воинов, что он (бий Юсуф) повёл на Рязань, незадолго до мятежа, что его брат поднял. Пусть, как всегда, в три раза преувеличили летописцы. Всё одно — сорок тысяч. И он их может сюда осенью привести. А тут двести сорок человек. Всего по… два пишем три на ум пошло… Ну, почти двести человек на одного. Хрень какая. Даже начинать драку не стоит, шапкою закидаем. Одной шапкой же можно двести человек зашибить? Эвон триста спартанцев… плохо кончили. Своих войск, правда, ещё с тысячу, да касимовцев будет сотни три — четыре.

Оставаться глупость, но бросить тут на убой всех своих людей, а главное — оружие секретное — тоже глупость.

И чего делать? Неправильный вопрос.

Эти воеводы не дадут ему тут остаться. Уж шесть здоровых мужиков с отроком совладают, хоть не турнике каждый день и не подтягиваются.

Ладно. Домой так домой. Там тоже скучно не будет.

Лодьи свои князь Углицкий все оставил Ляпунову. Хотя тому могут теперь и не понадобиться. Ну, да чего, всё одно без людей лодки Боровому пока не нужны.

Тимофей же Михайлович подрос за последние пару дней. Он теперь не дворянин. Он теперь бек. Тут среди беков в Казани мор прошёл.