– У Витовта, вон, почти двадцать тысяч кованой рати, у нас же шесть тысяч латников галицких имеется. Окромя того лишь татары мои, да лапотники новгородские. Числом, может, и больше выходит, да токмо бумажной грудью на железо не попрешь.
– Есть у меня один секрет, друг мой, – вскинул палец Егор. – Секрет таковой, что треть ратей литовских можешь сразу вычеркивать.
– И у меня секретик имеется, – пригладил бороду Юрий Дмитриевич. – За долгую дорогу успел кое о чем с хорошими людьми сговориться. Так что, друг мой, еще повоюем.
А что крестоносцы, атаман?
– В общие ряды не встанут, – покачал головой Вожников. – Ненадежны. Но в запасе подержать стоит. Пусть хоть видом своим пугают. Я так полагаю в центр ватажников своих поставить. Они ребята опытные, битые, азартные, ничего не боятся. Эти не побегут. Ополченцев на правый край. Там берег с изгибом, обойти будет проще, когда сомкнутся. Прикрывать их стану я сам, лично. Твою конницу, Гафур-мирза, поставлю за ними. Когда пойдешь литовцев добивать, свисти, пехота тебе дорогу освободит.
– Добивать? – громко хмыкнул татарин.
– Тебя, Юрий Дмитриевич, попрошу встать слева, под Путивлем. Там берег прямой, самое то для лобовой атаки. Никто не отвернет, некуда.
– Да, сие разумно, – сразу согласился князь.
– Быть посему, – кивнул и Гафур-мирза. – Посмотрим, как лапотники кованую рать громить станут.
– Быть посему, – медленно повторила царица Айгиль. – Надеюсь, завтра вы не посрамите высокого звания воинов.
Глава 9
Остров у Путивля
Утро второго августа года одна тысяча четыреста двенадцатого года от Рождества Христова выдалось зябким и туманным.
Опасаясь вражеского коварства, рати поднялись еще до рассвета, плотно поели, предчувствуя долгий и тяжелый день, стали одеваться в чистое исподнее, поверх которого бояре застегнули плотные поддоспешники, сверху надели железо. Люд попроще ограничился стегаными куртками, прошитыми проволокой и набитыми жестким конским волосом, толстыми шапками, на которые у многих были нашиты железные пластины.
С высоты крепостных стен древнего русского города было хорошо видно в разрывах тумана, как первыми на отведенное место потянулись новгородские ополченцы, ряд за рядом смыкаясь плечами, примериваясь к весу длинных копий и ставя покамест щиты на землю. Следом, сверкая начищенными доспехами, от лагеря выехала под алыми стягами галицкая дружина и плотно встала стремя в стремя почти под самым Путивлем, вытянувшись в двадцать пять рядов.
