Управиться судовой ратью или подождать до прихода сухопутных сил, коим уже направлены гонцы? Наверное, можно и не ждать – чего уж, коли уже пришли. Тем более никаких страшных предостерегающих видений у Вожникова нынче не было, а значит – все будет в порядке, значит, город будет взят!
Покусав губу, князь обернулся к воеводе и махнул рукой:
– Готовиться к штурму!
– Княже, – выхватив саблю из ножен, вдруг закричал Дмитрий. – Впереди лодьи! Прямо к нам плывут… Ух, как мы им сейчас врежем!
– Стоять! – Егор быстро охолонул юного своего адъютанта.
– Сначала глянем – чего хотят? Ладей-то всего три… Для нашего флота – маловато!
– Так, может, они с порохом? Сейчас подплывут ближе да рванут! Дозволь, княже, проверить?
– Охолонись, – Вожников приложил к левому глазу окуляр подзорной трубы. – Охолонись, говорю, Митька! Там, похоже, и воинов нет… Толстяк какой-то, старики в белых чалмах… все разодеты богато… Ого! Кланяются!
– Ха! – радостно воскликнул Дмитрий. – Сдаются, вражины! Чай, испугались!
Махнув рукой.
Егор поспешно пошел на корму:
– Плащ мне! Ковры расстелить… кресло!
Булгарских посланцев он уже принял со всей подобающей важностью – сидя в золоченом кресле, на брошенном на палубу ворсистом персидском ковре, в окружении, говоря иностранными словами – «самого блестящего рыцарства» – при полном боевом облачении: воевод, княжичей и всех прочих.
Тучный толстяк в роскошном – шелковом, в желтую и зеленую полоску – халате – оказался булгарским градоначальником Исмаилом-мирзой, причем был поставлен на это место волею великой ханши Айгиль, а вовсе не по велению мятежников.
– Так что, Кепек сюда и не приходил? – удивился князь.
– Почему не приходил? Приходил! – Исмаил-мирза с неожиданной веселостью развел руками. – Да только вот, как пришел, так и ушел. Выбили мы его! Надоел, шакал, всем хуже гюрзы ядовитейшей.
– Выбили, говорите? И много при том погибло?
– Много на нашу сторону перешло, – ухмыльнулся посланец. – Особенно после того, как Кепек приказал часть своих воинов казнить, а каждому пятому – дать плетей.
За то, что напились сразу после того, как мы ворота открыли.
Вожников приподнял бровь:
– А, значит, все ж таки открыли.
– Пришлось, – снова развел руками городской голова. – Но потом мы их того… прогнали… А этот шакал Кепек едва утек с преданной сотней… да говорят, свои же ему голову и снесли!
– Да-а, – выслушав, Егор обернулся к княжичам. – Видите, други мои, не всегда правило «бей своих, чтоб чужие боялись» действует.
