– Альма, ты ведь обещала научиться читать и писать, нет?
– Умею уже! – скромно опустив глаза, девчонка даже покраснела от гордости.
Жонглеры очумело переглянулись:
– Альма умеет читать? И писать? Господи… неужели правда?
– А вы думали, я такая тупая, что ли?
– Тихо, любезнейшие господа, тихо! – успокоив всех, Егор вновь посмотрел на Альму. – Тебе я оставлю новую пьесу, покажу, что и как… Корнелиус, когда вы собрались ехать?
– Наш земляк Ульрих Трот, торговец тканями, как раз завтра собирается выехать.
Вот и мы бы с ним – все веселее, да и безопаснее все же.
– Правильно, – улыбнулся Егор. – Тогда не будем сегодня работать. Просто закатим прощальную пирушку, ага?
Высказанную идею жонглеры подхватили с дружным энтузиазмом, напрочь прогнавшим всю грусть… лишь у Альмы глаза все равно были на мокром месте. Кстати, и юный Иоганн вроде как тоже всплакнул… впрочем, в те времена не стеснялись слез.
– Трудно нам будет без тебя, Георг.
– Ничего, прорветесь, мой мальчик… Главное – трудиться и… что?
– И не забывать делиться! – улыбнулся подросток. – Как ты и говорил – с сильными мира сего.
– Кстати, Иоганн… – князь вдруг вспомнил что-то важное, что-то такое, о чем как-то говорил мальчишка, и на что он сам почему-то не обратил тогда внимания. А следовало бы обратить!
– Слышь, мальчик… Помнишь, ты как-то обмолвился, что у кого-то занимал деньги?
– Так я совсем немного, – парнишка удивленно хлопнул ресницами.
– Да почти сразу и отдал.
– А на что занимал, интересно узнать? – вклинилась в разговор Альма.
– На картинку, – почесав подбородок, юный жонглер опасливо посмотрел на девчонку. – Только ты не смейся, ладно?
– Да не буду. Что за картинка-то?
– А вот сейчас покажу!
Парнишка враз унесся в свой угол, вытащив из-под кровати дорожный сундучок, работы мастера… да пес с ним, с мастером, главное, что сундучок был удобным и весил-то всего килограмм десять (без поклажи, естественно) – настоящий дорожный сундук, такой и одному, при нужде, нести можно!
Видать, Иоганн давно хотел похвастаться, да прочему-то стеснялся… и Вожников сейчас понял – почему.
На пергаментном листе размерами примерно формата А-4 была изображена небесной красоты обнаженная девушка, чем-то похожая на Альму, только грудь побольше.
