Вдова в январе

Адреса подруг и родственников?

— Здесь неудобно беседовать. Прошу! — И Жирак указал на дверь дома. Непринужденно, как полагается хорошо воспитанному человеку. Поведение его и манеры свидетельствовали о годах, проведенных в вузе и обществе, в котором приходилось вращаться. Если это и выглядело сейчас немного нелепо, то единственно потому, что он только что работал в теплице, — фланелевые лыжные штаны, резиновые сапоги с отвернутыми голенищами, поношенный пиджак. Давным-давно сшитый у первоклассного портного, пиджак этот сохранил хорошо проработанную грудь и лацканы.

Внимание Арниса привлекли ворота гаража, ему очень бы хотелось незаметно заглянуть туда, но он не знал, как это сделать. Сбоку в стене есть узкое, продолговатое оконце. Если подпрыгнуть, можно ухватиться за подоконник, подтянуться, как на турнике, и заглянуть.

— Вот сюда, налево. — И Жирак пропустил неожиданных гостей в гостиную, а сам, следуя за ними, взял с телефонного столика в коридоре алфавитную «шнуровую книгу». — Присаживайтесь! — указал он на кресла, а сам подтянул к себе обычный стул.

— Записывай, — кивнул Ульф Арнису, который уже приготовил записную книжку.

Какого же цвета машина? Может быть, попросить у хозяина разрешения и позвонить Бертулису? Но успел ли он вернуться?

— Ты что, заснул?

— Ручка не пишет.

— Один момент… Что-нибудь найдем, — сказал Жирак, но не успел встать, так как Арнис уже вскочил и мягко усадил его обратно на стул.

— У меня в машине есть другая… Я сейчас…

Арнис вышел в коридор, слышно было, как за ним захлопнулась дверь.

Жирак скучающе встал, подошел к окну и без особого интереса поглядел, как Арнис идет по дорожке к калитке.

«Надо спасать положение», — подумал Конрад.

— У вас красивый сад, — сказал Конрад.

— Я ведь агроном по специальности…

Дальше ждать нельзя. Если в калитке появится Арнис, будет уже поздно: Жирак догадается об уловке. Он только напускает на себя скучающий вид, отсутствие Арниса тревожит его.

Конрад перешел в другой конец комнаты и стал разглядывать посредственную акварель на стене.

— Красиво, — сказал он, чтобы Жираку пришлось повернуться к нему. — Только вот подпись невозможно разобрать. «Черт возьми, подойдет он сюда или нет! Даже и не собирается разговаривать со мной, спиной повернулся!»

— Подпись вам ничего не скажет, это любительская работа, — оглянулся через плечо Жирак.