Вдовствующая герцогиня замка Оргарон

Мне нужно увидеть ее сиятельство Арису горт Лортайскую, герцогиню форн Оргарон, – произнес он приятным баритоном, сделав точный, выверенный поклон, какой делают при императорском дворе.

Так, значит, все же ко мне. Внутри зашевелилось любопытство, смешанное с легкой тревогой.

– Добрый день, – кивнула я, стараясь сохранить невозмутимость. – Это я. С кем имею честь?..

– Гонец от его величества. Вам письмо, ваше сиятельство.

Он протянул мне аккуратно свернутый свиток, перевязанный грубой бечевкой и запечатанный сургучом с оттиском императорской печати – величественный лев, охраняющий корону, был выполнен с такой тщательностью, что я различала каждую складочку на его морде.

Не дожидаясь ответа, гонец поклонился еще раз, ловко вскочил в седло и умчался, оставив за собой новый шлейф пыли. Я снова закашлялась.

Чтоб вас! Неужели нельзя было потратиться на портативный кристалл? Помахав свитком перед лицом, я попыталась развеять стойкий запах лошади. От столицы до нас – добрых семь дней верхом.

Развернув письмо, я сначала тщательно осмотрела печать – не подделка. Лев скалился одинаково четко с обеих сторон, а сургуч при нажатии издавал характерный треск. Ну и что понадобилось императору от провинциальной вдовы?

Император Лортас Мудрый не отличался многословием. Всего десяток строк, выведенных мелким, но четким почерком канцелярии. Я вчиталась, потом перечитала еще раз, чтобы убедиться, что не ослышалась, затем мысленно выругалась.

Что значит это сухое: "Повелеваю выбрать нового супруга"? Зачем мне, вдове, еще один муж?!

Несколько минут я просто стояла на крыльце, вдыхая воздух, теперь пахнущий пылью и конским потом. Пальцы так впились в свиток, что сургуч оставил на ладони красный отпечаток львиной морды. Внизу, за воротами, крестьяне перекликались, таская мешки с зерном – их голоса звучали приглушенно, будто доносились из другого измерения.

– Вызови ко мне законника. Пусть подходит к гостиной рядом с моей спальней, – бросила я служанке, которая металась по коридору, прижимая к груди ворох свежевыглаженного белья.

Девушка, высокая, тонкая как тростинка, шарахнулась в сторону, и уголок простыни с вышитыми инициалами Арисы зацепился за резную дверную ручку.