Вдвоём (СИ)

За время, что неделя пролетела, я оснастила себя отличными рунами воли и щитовой защиты, задумалась над возможностью набить тату с одним из символов на теле «в домашних условиях»… и уже к концу недели отважилась на этот отчаянный шаг и набила-таки руну на бедре!

А куда деваться?! Жить свободной — это тебе не в носу ковыряться! Надо бороться и выгрызать себе каждым миллиметр личного пространства!

Этот мир ничуть не лучше моего родного. Каждый хочет надурить и повыгоднее воспользоваться для себя. Надо что-то из себя представлять, чтобы желающие сами по себе теряли охотку поиметь тебя!

Что примечательно, это работало! В академии народ обходил меня стороной.

Кома Мортона так «отмотивировала» всех, что, по-моему, даже недожених уже не горел желанием становиться моим мужем. Даррелл ходил мрачнее тучи, настороженно поглядывал на меня и напряжённо о чём-то думал.

Если он решит смыться во время весьма загадочного как для меня, так и для Оливии, ритуала, никто плакать и рвать на себе волосы не будет! Даже носовым платочком помашу.

Я вообще добрая женщина!

Розетта пообещала, что не оставит меня и обязательно приедет на бал в честь помолвки, который устраивает распорядитель моего опекуна, поэтому расставались мы без слёз, хотя, откровенно говоря, я чувствовала себя весьма тревожно, садясь в экипаж, ожидающий меня за воротами академии.

Семестр закончился хорошо, а об остальном я обещала себе подумать уже на факультете эксперементорики.

Творение, соединяющее миры

Пока карета мерно покачивалась, унося меня в дом опекуна, напряжённо размышляла.

«Так… бузить не буду. Впрочем, как и лезть на рожон. Свой ход я сделала — обезопасила себя со всех сторон. Теперь остаётся только смотреть, как воспримут такую вольность местные мужланы-шовинисты. Я даже ритуал стерплю… ничего… Если Даррелл, правда, сможет после этого загадочного обряда безболезненно трогать меня, придумаю ещё вариант… например проклятие именно для «любимого» жениха.

Фантазии хватит на полчище таких крысёнышей! У меня ж теперь есть возможность изучать древние руны! Главное, не перемудрить и самой не превратиться во Франкенштейна. Руны — это чудесно, но во всём нужна мера… Мой Никита, как стал врачом, несколько раз на дню это говорил… Самое интересное, всю молодость я была пухтей, а как сын взялся за моё здоровье, похудела… Я всегда себя слишком любила. Полный человек, при хорошем здоровье, прежде всего слабый волей.