Вечный воин

Таможенник предупредил, что должен получить пятидесятую долю (два процента) с проданного мной товара, что от покупателей будет точно знать цену, что в случае обмана отберут судно и продадут на торгах, чтобы компенсировать недоплату. Зная повадки купцов многих стран и народов, я сделал вид, что поверил ему и испугался. К тому же, мне самому было интересно, найдется ли покупатель на такое странное по нынешним меркам судно?

Едва он убыл, как ко мне подошли шесть матросов — почти четверть экипажа — и попросили расчет.

Причиной назвали морскую болезнь и страх плавать со мной под одним флагом в штормовом море. Впрочем, флага у меня не было. Я не стал их задерживать. Раз уж списываются вдали от родного порта, значит, действительно испугались сильно. Отправились они на берег на следующее утро в одной лодке со мной и Радомиром, который держал на коленях мешок с образцами тканей, чтобы показать их местным купцам. Там списавшиеся радостно попрощались с нами и рванули в сторону ближней таверны, которые обычно выполняют еще и роль крюинговых агентств, помогая нанимать экипажи. Я решил наведаться туда на днях, чтобы пополнить свой. К тому времени списавшиеся уже понарасскажут страсти о работе на марсильяне, так что ко мне попросятся только крепкие телом и духом.

Александрийский рынок точно не изменился не только со времени моего прошлого визита, но и будущего. Я даже поискал лавку, в которой куплю саблю. Не нашел. Зато быстро договорился с пятью купцами о продаже им тканей.

Других продавцов этого товара пока не было, поэтому забрали всё и цену дали хорошую.

После чего мы с Радомиром пошли туда, где продавали рабов. Я подумал, что можно разбавить ими вольных. Будут служить гребцами. Чтобы не сбежали, посажу их на цепь. Для этого имеются рымы на палубе.

Выбор был не богат. Я прошелся раз, другой. Остановился возле четырех крупных и крепких германцев, раздумывая, не опасно ли будет иметь их на судне? Из одежды на рабах были только рваные холщовые рубахи.

Все в ножных кандалах. У двух на лицах красные следы от бича. Так, бьют, портя товарный вид, только очень строптивых.

Вотан — это германский бог войны, который позже станет Одином. Если бы подобное обещание услышал от римлянина, решил бы, что меня хотят обуть, но этот, судя по тому, куда просит отвезти, вендел или, как их будут называть потомки, вандал, которые подобными словами не разбрасываются.