Вечный воин

Спал на лавке в кабинете, поскольку на моей кровати преспокойно храпел Гентон. Он знает, что марсильяне шторма не так страшны, как галерам, что благополучно доберется до Карфагена и доложит отцу о выполнении важного задания. А то, что подчиненные могут погибнуть, его не волновало: подданных у отца много.

Евсений, как я приказал, разбудил меня на рассвете. Заодно проснулся и Гентон. Он с удивлением понаблюдал, как долго я бреюсь, умываюсь. Сын правителя вандалов тоже бреет лицо, подражая римлянам, но делает это не каждый день, а, как мне показалось, раз в неделю, и не сам, а доверяет свое лицо и шею опытному брадобрею.

Ветер чуть усилился и быстрее погнал нас к африканскому берегу. К счастью, не поменял направление. К несчастью, волны стали выше. Гентон устроил перекличку и узнал, что две галеры пропали. Наверное, сильно отстали, но возможен и более печальный вариант.

Примерно через час впередсмотрящий прокричал из «вороньего гнезда»:

Радостная новость тут же полетела от галеры к галере.

Прошло еще с час, и земля стала видна с галер. В носовой части их собирались члены экипажа и молча смотрели на приближающийся африканский берег. Конец их бедам был совсем рядом, еще чуть-чуть — и дома. Мы вышли между Картенной и Цезареей, ближе к последней. Возможно, кто-то из участников военной операции живет в этих краях.

Налюбовавшись берегом с полубака, Гентон вернулся на полуют и спросил меня:

— Что мой отец пообещал тебе в награду за это нападение?

— Ничего, — ответил я. — Он мой правитель, я поклялся служить ему.

— Тоже верно, — согласился Гентон и спросил: — А что бы ты хотел получить?

Я не сомневался, что этот разговор он передаст отцу. Золото мне было не нужно. Того, что есть, хватит на всю оставшуюся жизнь. Да и, несмотря на то, что является обладателем, наверное, самого большого золотого запаса в нынешнем мире, Гейзерих все еще с жалостью расставался с этим металлом.

— У меня три сына, а имение всего одно, — сообщил я Гентону.

— Да, младшим сыновьям всего достается меньше, — со знанием дела произнес он.

Гейзерих подарил мне сразу три имения. Предполагаю, что он неправильно понял слова своего младшего сына, решил, что три моих сына безземельные.