Вечный воин

Перемещался он в паланкине, оббитом алой шелковой тканью, который с трудом тащили четыре крупных раба, скорее всего, готы. Нет большего удовольствия для германца, чем унижать германца из другого племени. К тому же, все твои оскорбления понимают правильно.

На следующий день я показал Марка Вандала гунну Роилу, дальнему родственнику Атиллы, который в свободное от войн время ошивался в Константинополе якобы для передачи экстренных сообщений от императора Феодосия Второго. Гунн был кривоног, короткошей, плечист и длиннорук, из-за чего напоминал гориллу.

Загорелое безволосое лицо было покрыто шрамами, нанесенными в детстве, а на приплюснутом носу был свежий, полученный в драке в каком-то константинопольском трактире. Для придворных интриг, подкупа чиновников или разведки Роила не годился из-за тупости и беспробудного пьянства. Подозреваю, что его просто отослали подальше, чтобы не мелькал перед глазами. Время от времени ему присылали деньги на прокорм, но их постоянно не хватало, поэтому родственник шаньюя был должен всем, кто имел глупость одолжить ему деньги. В том числе и мне. Правда, в последнее время меня для него никогда не было дома, а если ловил на улице, я отводил Роилу в ближайший трактир и оплачивал кувшин вина.

— Через полторы недели Марк Вандал поедет с посольством к королю гепидов Ардариху. Нам не надо, чтобы ромеи и гепиды договорились. Поэтому ты встретишь его с отрядом в сотню человек, когда будут проезжать неподалеку от наших (он считал меня почти гунном) земель, и обвинишь в том, что подсунул тебе в Константинополе якобы золотую статуэтку, а она оказалась из позолоченного свинца, о чем ты узнал уже на гуннских землях, и потребуешь вернуть заплаченные за нее сто солидов.

Вандал будет отрицать. Ты возмутишься, что он обвиняет тебя во лжи, и убьешь его. Только его, больше никого не трогай. И помни, ты убил его за жульничество, никто тебя не подговаривал, никто тебе не платил. Даже если будет спрашивать Атилла в присутствии ромеев. Так надо, — проинструктировал я. — Двести пятьдесят солидов получишь перед отъездом. Вторую половину — после выполнения задания.

— Атилла даст? — спросил Роила.

— Еще раз повторяю: Атилла якобы ничего не знает и никакого отношения к этому убийству не имеет. Это твое личное дело, — ответил я. — Вернешься сюда, и я отдам вторую половину. Все понял?

— А чего тут не понять?! — самодовольно ухмыляясь, произнес он, решив, что разгадал хитрый план своего шаньюя, и предложил: — Так я прямо сегодня и поеду.