А получается — плохо!
— Ну и сколько они ещё проживут? — посмотрела я на деда. — Только, честно!
— Боюсь, следующего сбора они не переживут, — расстроено кивнул дед.
Я тяжело вздохнул. Вот, зачем мне всё это надо?
— Придержи! — я отдал ему поводья от лошади, спешился и подошёл к Валисе.
— Как батюшка? Как матушка? — засыпала девушка своих младшеньких вопросами.
— Все нормально? — спросил я.
— Да, конечно! — девушка кивнула на меня. — Это наш…
Я перебил.
— Не надо ничего им говорить — меньше знают, лучше спят! С вашими людоедскими порядками я не знаю, что произойдет здесь в следующий момент.
Я посмотрел на исхудавших детей, больше похожих на скелеты и вздохнул еще раз.
— Держите! — я протянул Валисе маленький мешочек, в котором оставались остатки недоеденных Соней кристаллов. — Пусть отдадут родителям, надеюсь им это как-нибудь поможет!
Алиса взглянула на меня с благодарностью и с надеждой в глазах. Кажется, она ожидала немного не этого. Я покачал головой.
— Я понимаю, девочка, что ты хотела бы, чтобы мы забрал твоих родственников с собой, но пока нет никакой гарантии, что даже нам удастся нормально устроиться.
Так что пускай твои родичи сидят и не отсвечивают. Уверен, если у нас все срастётся, то ты всегда сможешь вернуться и забрать своих, ну а если нет — тогда хоть они живы останутся."
"Разочарованное выражение лица у девушки сменилось на понимающее, когда она поняла мою правоту. Она передала мешочек деткам и что-то быстро зашептала им на ухо, инструктируя. Поцеловала напоследок и развернула их в сторону дома, лёгким толчком в спину, придав им ускорение.
Детишки побежали, поминутно оборачиваясь, а Валиса встала на ноги и вытерла рукавом слезы, текущие у неё из глаз.
— Чёртов ветер, — пояснила она внезапное слезоотделение.
Я невозмутимо кивнул, хотя вокруг царил полный штиль.
— Зачем ты нам помогаешь? — спросила она, не встречаясь со мной взглядом, а всё также наблюдая за удаляющейся ребятней.
— А какой ты хочешь услышать ответ? — усмехнулся я. — Что я благородный герой, который топит за справедливость, защищает угнетенных и карает коварных врагов?
— Ты описал довольно точно то, что делаешь сейчас, — она стрельнула в меня взглядом и быстро снова отвернулась, смутившись.
— Если кто-то ходит как утка, крякает как утка, то скорее всего это утка! — засмеялся я. — Но вот представь себе — я, нихрена, не «утка»! Просто… — я почесал затылок. — Оно всё само как-то так складывается!
— Ну-да, ну-да. — кивнула девушка, слегка улыбнувшись.
