— Будем считать, что кристаллов хватает и княжеские войска сюда едут. Предположим, что в каждой из экспедиций по сто человек, — я неловко продублировала свои слова корявыми цифрами. — Сто здесь, сто здесь и сто здесь. Три дня — первые сто, четыре-пять — ещё двести. Гхм… Пока слишком много неизвестных переменных… Как у нас обстоят дела с армией?
— Как будто ты сам не знаешь! — нахмурилась Рыжая. — Бульдог, я тебя, конечно, люблю и уважаю и пойду за тобой на край света и в любую зарубу, но конкретно в этой ситуации предлагаю договориться!
Я повернулся к Маханычу, который присутствовал сс нами физически, но за всё время не проронил ни одного слова.
Кажется, он уже смирился со своей судьбой, ушёл в себя и пока не может оттуда выйти."
"Разговор с Маханычем, кстати, который произошёл чуть ранее, оказался на удивление проще, чем я думал. В отличие от меня, тупицы из другого мира, Маханыч, когда согласился в прошлый раз — уже знал, ну или очень сильно предполагал, последствия своего решения. Для него как-раз новостью было, что я об этом не знал на тот момент.
Мои нелепые попытки извиниться были яростно отвергнуты бесстрашным дедом.
— Я свою жизнь отжил, сынок. Отжил ровно. Погибнуть бы я мог уже давно и в разных ситуациях, но все они были спорные. А вот одна бесспорная ситуация произошла седмицу назад, когда вы пришли к нам на хутор и спасли от местной дружины. Вот, считай уже семь дней как я живу своей новой жизнью, возможность на которую получил только благодаря тебе!
— Ну а родственники? — я кивнул в сторону горы трупов, что остались после «системной зачистки», и которые мы не успели ни похоронить, ни кремировать.
— А что родственники? — он пожал плечами, — Нет, я их очень сильно люблю и ценю, но все они точно так же живут исключительно благодаря тебе.
— Как-то звучит слишком пессимистично. Дед, ты фаталист?
— Ты зачем ругаешься? — нахмурился дед.
— Да не, это такой чувак, который верит в неизбежность судьбы, — пояснил я.
Дед на секунду задумался.
— А как называется человек, который безоговорочно верит в другого человека?
— Дебил? — хмыкнул я.
— Очень смешно, — буркнул дед. — В общем, в тебя я верю и верю в то, что, поставив меня на пост князя, ты не растворишься в закате! Порода у тебя не такая!
Я открыл рот, чтобы сказать ещё что-то едкое, но потом решил, что в данный момент шутки уже не уместны, ведь речь идёт о жизни и здоровье людей. Не всем повезло так как мне, за какие-то заслуги получившему практическое бессмертие.
— Ладно, дед.
