И кто это?
— Он скоро представится народу, не переживайте, — усмехнулась девушка.
— Подожди, — осенило одного из стариков, — Это получается не соседние князья, это кто-то из вольных что ли?
— Почти, — уклончиво сказала Рыжая, — В смысле, вольные немного поучаствовали, но князем будет ваш местный, так что вопросов у электората лишних не должно быть.
— Из местных? — скривился старик, — Так, а кто из уважаемых горожан на это подпишется?
— А кто сказал, что это горожанин?
— А кто…
— Так всё, вопросы потом! Мы здесь по делу, — она махнула на меня.
— Прошу любить и жаловать — новый молодой и дикорастущий вождь ватаги «Всем Сасать», через букву «а» — Бульдог, прошу официально зарегистрировать! Бульдог, этот старый хрен — Афанасич, начальник Центра, второй такой же старый и тоже хрен — Прокофич, ну а вон тот пацан — Сидор, он тут на побегушках, в основном, дедам за бражкой!
Деды тут же, услышав знакомые слова, вернулись в обычное расположение духа, даже слегка нахохлились, изображая местную власть.
— Кто такой, откуда? — начались вопросы.
Но Рыжая не дала продолжить.
— Так, стоять, никаких вопросов! Просто зарегистрируйте."
"— Но так дела не делаются…
— Теперь делаются, — сказала Рыжая. — Создавайте профиль. И да, у ватаги «Бычий Уй» тоже изменения.
— Много полегло? — понимающе, со сдержанной скорбью, спросил Афанасич. — Хотите этих сосунков к себе пристроить?
— Слышь, дед, ты не шутил бы так, — недобро улыбнулся я.
— Я тебе сейчас по твоей сосалке надаю прямо здесь, не посмотрю на твои седины.
Рыжая с улыбкой наблюдала за моей реакцией, но тем не менее, без комментариев продолжила.
— Ватага «Бычий Уй» расформировывается. Потеряли мы много, этого не отнять, список погибших я дам тебе попозже, вычеркнешь героев из списка. Оставшиеся… — она задумалась, — Есть на них планы. Но, самое главное, переведи меня к нему в ватагу!
Старик открыл рот и захлопал глазами.
— А зачем тебе новая ватага, если ты своей командуешь?
— Нет, дед, ты не понял.
Я там не буду командиром. Он, — она кивнула на меня. — Командир. А я к нему рядовым ватажником.
Тут наступила гробовая тишина и все трое уже откровенно тупили, переводя взгляды с меня на Рыжую.
— Так, захлопнули рты и давайте работать, — хмыкнула Рыжая.
На что те послушно захлопнули рты и начали работать, тем не менее, кидая на меня странные взгляды. Я их, собственно, понимал.
