— Хрен у тебя, конечно, зачетный, — похвалил я товарища. — Все мужики обзавидуются! А уж девки! У-у-уух!
Я кивнул на его сильно выпирающую внушительную часть его конституции.
— Вот только оставим это на случай устрашающего манёвра, когда других вариантов уже не будет! — я снова порылся в мешке, где нашел моток бечёвки. Отрезав от неё кусок, я просто завязал его вокруг пояса здоровяку, собрал обе части балахона вместе.
— Ну вот теперь ты похож на настоящего Мапуче! Почти. Так-то ты и на человека мало похож, тем более с таким огромным шлангом.
Хе-хе!
Я огляделся.
— Учитывая, что ты отжал у меня моё единственное одеяло, спать нам придётся на земле. Ну, климат вроде мягкий, надеюсь мы себе ничего не отморозим!
Я завалился на траву, подложив под голову сильно похудевшей мешок, а мой новый товарищ просто лёг навзничь, подтянув себе под голову здоровенный жёсткий молот. А Сонька, зараза такая, залезла к нему на грудь и подставила голову под почёсывание. Я сдержал очередной порыв ревности, внезапно вспомнив, что была такая терапия, когда при помощи собак, приводили в норму умственно отсталых детей.
Вот мой здоровый крепкий товарищ точно выглядел не очень нормально! Про «паукотерапию» я ничего не слышал, но, надеюсь, Сонечка его вылечит. С этими мыслями я закрыл глаза и провалился в глубокий сон.
* * *Разбудила меня лёгкий шорох маленьких лапок по моей груди. Открыв глаза, я увидел сидящую на мне и укоризненно смотрящую Соньку. Она смотрела точно также, как когда-то, в прошлой жизни, на меня смотрел мой пёс, принуждая хозяина к ежеутренней прогулке.
— Тебе-то что надо? Вокруг лес — иди делать свои дела, или что вы там пауки делаете, я без понятия!
Я потянулся и протёр глаза, громилы ещё рядом не было.
— А где Лысый? — спросил я Сонечку недоумённо.
Та посмотрел на меня, как на дурака. Подозреваю что в голове она подумала: «Я паук, я не умею разговаривать, какого хрена ты от меня хочешь?»
Тут мне что-то твердое уперлось в бок, я наклонил голову и увидел, что это молот, заботливо подсунутый ко мне поближе «на хранение», и у меня отлегло от сердца.
Я так понял, что это оружие — самое ценное что имеется у здоровяка, и раз он оставил его здесь, наверное, скоро вернётся.
Его отсутствие было не очень долгим, я даже не успел забеспокоиться. Зато, в это время я хорошо изучил его оружие. Без системный подсказок понять было что-либо сложно, но это здоровенная дура явно хорошая, не из простых. Голубоватый металл не царапался ничем.
