— Да, наверное, это часть плана… — ответил я и увидел, как немного дрогнули веки Рейна.
— Ты серьёзно? — спросил Рейн.
— Юри, отключи подавление эора в глазах.
Всё то время, что я находился на тренировочной базе, я успешно скрывал свои особенности. В том числе и от самых близких. Теперь в этом нет смысла. Мы уже третий день сидим в этом проклятом лесу, практически без шансов выбраться отсюда.
Первая ночь прошла для нас относительно спокойно. Мы заперлись в кабине пилота и спокойно спали, а вот вечером второго дня, начались проблемы.
Сначала послышался многоголосый хохот, за ним последовали крики. После чего мы увидели, как на нас мчится огромная стая небольших существ, отдалённо напоминающих мартышек.
Прямоходящие, тёмно зелёные, чуть меньше метра в высоту, они сжимали в руках самодельное оружие. Грубые копья, плохонькие тесаки, но большинство сжимали в руках камни. И, к сожалению, они умели их метать. Мы с Рейном едва успели забежать в кабину пилота и закрыть за собой бронированную дверь.
Малый рост и общую субтильность, существа компенсировали количеством.
Юри успела насчитать несколько сотен особей и это только то, что попались на глаза. Что — то подсказывало, что на самом деле гоблинов, как их назвал более опытный Рейн, окажется намного больше.
И что самое плохое. Монстры совершенно не собирались уходить от упавшего флаера, хоть и бросили попытки пробиться в укреплённую кабину. Мы оказались заперты, да ещё и с раненой Аникой, которую нельзя трогать.
— Отключаю подавление, — сказала Юри.
Я полез в сумку и достал оттуда флакон с эором, после чего открутил крышку и сделал небольшой глоток. В тот же миг глаза Рейна расширились.
— Ты кто такой? — спросил боец и немного отодвинулся от меня.
— Спокойно. Если мы собираемся выжить и каким — то невероятным образом выжить, то мне нужны все силы, которые я способен из себя выжать. В том числе и заполнение тела эором.
Рейн смотрел на меня, словно на призрака, его рука потянулась к винтовке.
— Ты серьёзно? От гоблинов будешь сам отбиваться? В одиночку, оно, наверное, сподручнее… — усмехнулся я и откинулся спиной на стену.
— Ты Вечный? — спросил Рейн и тут же поправил себя, — Нет. Точно нет. Просветлённый?
— Не угадал. Я на этапе тела. Семь из десяти улучшений.
— Тогда как? — в глазах Рейна читалось искреннее недоумение.
— О том, что я Иной, ты и так знаешь. Только вот я никогда не говорил, что тело мне досталось непростое. Скорее всего, какого — то аристократа или бастарда.
