Это могло значить только одно, её дом ввязался в войну против дома Хоринто. По своему ли желанию или нет, но кто-то нарушил договор о дружбе между домами.
Я пока не понимал, как мне к этому относиться. С одной стороны, мне очень не хотелось выступать на стороне дома Хоринто, учитывая мою «любовь» к Хенку. С другой стороны, а разве у меня есть выбор? ИИ шахтёрского посёлка дотягивался до края леса своими передатчиками и его требования были более чем понятны — перебить всех гвардейцев из вражеских домов.
Хорошо, хоть не поставил временный лимит, а ведь мог это сделать...
— Укроемся в ближайших горах, — сказал я, — Ворота они проломали, и у них уже нет времени их починить перед наступлением темноты.
— Вторая стая ракшас? — на лице Рейна заиграла ухмылка.
— Возможно, нам повезёт, в любом случае оставаться здесь нам нельзя. Если не заметят гвардейцы, то придут местные монстры и уж тогда мы точно провалимся.
— А что с платформой? Бросим? — спросил Рейн и начал медленно отползать от кустов вглубь леса.
— Заберём эор и бросим. Оставаться в лесу на ночь — это плохая идея."
"Так мы и поступили. Вернулись к орудийной платформе и забрали весь эор. Большую часть которого тут же приняли. Если поселение захватят, то питание реактора будет нашей самой меньшей проблемой. Аника подтянула на один ранг выносливость. Также поступил и я. Рейн поднял обнаружение жизни. Это почти втрое увеличило дистанцию, на которой он мог обнаружить потенциальных врагов.
Солнце понемногу клонилось к закату, поэтому нас следовало поторопиться.
С подходящим местом для ночлега мы определились быстро. Оно находилось в нескольких километрах от шахтёрского посёлка на небольшой, но крутой горе. Там мы и решили заночевать.
— Шейд, а ты оказался прав, — усмехнулся Рейн, разбудив посреди ночи.
С нашей стоянки отлично просматривался посёлок, и сейчас там творилось нечто плохое для вражеских гвардейцев. Скалы, что с двух сторон окружали поселение, то и дело освещались вспышками.
Временами до нас долетали отголоски взрывов.
Новое ночное зрение тоже порадовало. На близкой дистанции мои глаза видели всё так же, как и днём. Смущало только отсутствие теней от предметов. А вот с двадцати и более метров всё становилось серым. Хорошо то, что ночное зрение — это врождённый навык, и я могу его поднимать хоть до внеклассового, или по-другому, нулевого ранга.
— Может, и нам стоит принять в этом участие? — спросила Рейн.
