Коротышка слепо махал мечом как раз в том месте, где я находился секунду назад. Терять времени мне не хотелось. Я влил в копьё ещё больше эора и ударил по ногам противника наискосок. Ладонь тряхнуло дважды, после чего площадь и город огласил громогласный вой боли.
Я свернул Покров и увидел коротышку. Он валялся на спине, орал и пытался зажать ладонями две культи и струящуюся из них кровь. Два обрубка лежали рядом.
— Сволочь! — послышалось со стороны людей из дома Раорк.
— Кто сказал? — с усмешкой спросил я и прошёлся вдоль строя гвардейцев.
— Я сказал, — на импровизированную арену вышел крупный Просветлённый с копьём в руке.
Я махнул рукой, приглашая следующего противника выйти в центр площади. И к моей радости он согласился. Бой протекал примерно так же, как и в прошлый раз. Покров, Шаг сквозь тень. Разница заключалась лишь в том, что я использовал Испепелитель, отстрелив одну из рук парой импульсов.
— Желающие? — спросил я, развеяв Покров во второй раз.
Лица гвардейцев больше не выглядели довольными.
Поголовно нахмуренные, многие сжимали кулаки в бессильной злобе.
Ещё трижды мне пришлось биться. И все три раза я вышел из боя победителем.
— А со мной справишься? — спросил тот самый Вечный, с которого и началось это противостояние.
— Он справится, — я кивнул на собрата Эльтара по ордену, — ты ведь не хочешь, чтобы о тебе пошли слухи, что ты бьёшься только с Просветлёнными?
Вечный из дома Раорк скривился, но признал мою правоту. Первые несколько секунд дуэли я переживал. Сможет ли орденец выиграть у Вечного.
Но, как оказалось, зря. Это была показательная расправа. Несколько секунд орденец защищался щитом от многочисленных голубых дисков, что летели в него один за другим. И когда он понял, что противник не в состоянии пробить его щит, атаковал сам.
Над головой вражеского Вечного появились две алые нити. Они медленно кружили в воздухе, пока не пришли в движение. За долю секунды они обвили руки Вечного, после чего резко сомкнулись. Два обрубка упали на землю.
Я видел, что дуэли скоро перерастут во что-то большее.
Людей Геля с каждой минутой становилось всё больше, и они вели себя всё более агрессивно. Оскорбления в мой адрес посыпались потоком. Я уже начал выбирать, кого из противников выбрать, чтобы преподать урок, но вдруг на площади появился Гель. И он был взбешён. Его глаза полыхали эором, ладони сжались в кулаки.
— Это нападение? — проорал он.
— Это дуэли, которые предложил твой человек. Всё согласно правилам, — ответил я.
