— Не получилось? Сейчас ты поплатишься за тот бой на площади, — взревел один из противников. Просветлённый в гвардейском доспехе, он сжимал в руке боевой топор на длинном древке. С подобным оружием мне ещё встречаться не доводилось.
Пока я раздумывал, пришлось ещё раз уклоняться от летящих в меня алых копий. Они мелькнули мимо меня и врезались в стену дома. По ней тут же расползлись алые трещины. Не прошло и нескольких секунд, как она рухнула вместе с частью крыши.
Верзила с топором добрался до меня и начал размахивать оружием.
Лезвие полыхало оранжевым светом, и я мог поставить, что угодно на то, что мне лучше не попадаться под удар.
— Да, сколько в тебе сил? — выругался я, понимая, что мне шаг за шагом приходится отступать.
Вражеский Просветлённый не останавливался ни на секунду, словно у него были бесконечные силы. При этом мне постоянно приходилось держать второго противника в поле зрения, чтобы не пропустить удар.
Лицо Просветлённого с топором раскраснелось. Глаза покраснели от лопнувших сосудов.
Что бы ни использовал этот здоровяк, чтобы увеличить свои силы, надолго его не хватит.
Отскочив назад, я послал быстрый взгляд на миникарту и убедился, что сражение не проиграно. Два оставшихся клина противников завязли в многочисленных стычках на подходах к администрации. Ариэлл и Эльтар сражались с троими Вечными. Как и прежде, основной опасностью оставались машины на пригорке, которые разрушали здание за зданием.
Просветлённый с топором уже хрипел, но не снижал темп.
Но он слишком увлёкся, считая, что я могу только отступать.
Пропустить лезвие топора. Сделать два коротких шага вперёд и ударить копьём снизу вверх.
Просветлённый дёрнулся, словно по его телу прошёл электрический разряд. Длинное лезвие копья пробило его подбородок снизу, прорвалось сквозь голову и появилось сверху.
Рывок на себя — и голова противника практически распалась на две половины.
Понимая, что происходит, второй просветлённый послал волну алых копий. Они попали в спину его мёртвого собрата.
Взрыв. Тело уже мёртвого противника брызнуло во все стороны кровавыми ошмётками и кровью, окатив меня с головы до ног.
Моё лицо перекосило от хищной улыбки, и я бросился вперёд. То и дело приходилось нырять, то влево, то вправо, чтобы уйти с линии огня.
Просветлённый из вражеского дома запаниковал. Даже с расстояния двадцати метров я видел, как трясутся его пальцы на руках, а в глазах появляется ужас. Он повернулся и побежал.
