Звал я дракона Кешей, и услышав это имя из моих уст, он впадал в какое-то странное состояние, будто скидывал несколько тысяч лет жизни и превращался в детёныша.
Я не понимал в чём дело, но чувствовал, что за этим именем стоит какой-то секрет меня предыдущего. При этом каждый раз, когда я об этом думал, у меня на губах сама по себе появлялась улыбка. Мистика.
Откинув мысли в сторону, я сосредоточился на том, ради чего я сегодня взобрался на соседний с Энвейном горный пик.
Я хотел проверить себя в деле.
Да, мне удалось разобрать лишь две печати из нескольких десятков, но даже с их помощью можно было творить настоящие чудеса. Особенно меня интересовала печать сопряжения.
По описаниям в книгах она позволяла создавать устойчивые конструкции из силы. То есть достаточно было объединить печать сопряжения с одним из сотен плетений, которым меня обучил Эльтар и можно было получить стационарное плетение.
К гармонии я пока даже не думал подходить, она была предназначена для того, чтобы объединять печати во что-то намного более сложное.
Истинное зрение перенесло моё сознание в чёрную пустоту. Печать сопряжения появилась спустя секунду. Но она слабо походила на то, что требовалось. Некоторые узлы оказались слишком растянуты, некоторые, наоборот, отсутствовали.
Полчаса я потратил на то, чтобы привести печать во что-то похожее на описание в книге, после чего начал заполнять её энергией. Секунда и в мою сторону понеслась волна силы. Тело взорвалось болью. Кожу, словно кипятком облили.
Несколько минут мне пришлось сидеть неподвижно, чтобы состояние регенерации привело меня в порядок. Когда пятна обугленной кожи упали на землю чёрными хлопьями, я продолжил. Без результата я уходить не собирался.
Раз за разом я формировал печать сопряжения, но каждый раз это заканчивалось увечьями. Примерно на сотый раз я прекратил попытки и решил дать телу отдых. Из небольшой сумки появилась книга с записями, и я углубился в чтение. Ничего нового я узнать не мог.
Благодаря новым навыкам и состояниям я мог бы пересказать небольшую книжку от корки до корки. Мне хотелось ещё раз увидеть рисунки печатей.
— Всё правильно, — сказал я, глядя на несколько схем печати с разных ракурсов.
То, что печать срывается, можно было объяснить только одним — я что-то делаю неправильно. Но вот что конкретно, оказалось для меня загадкой.
Это не означало, что я заброшу попытки.
Пролетали часы, я экспериментировал и терпел боль.
