Копьё приняло в себя ещё десять тысяч единиц эора, отчего мои пальцы покрылись инеем, а по залу пошёл хорошо различимый гул и вибрации.
Был ли я зол? Я был в ярости.
Шаги перенесли меня под самый потолок. Гигант не успел понять, где я и поплатился. Я отсёк ему голову, а уже падая развалил его от шеи до паха. В этот раз копьё не просто разрезало противников, но ещё и плавило их. В местах разрезов оставались оранжевые потёки раскалённого метала.
Всё-таки раскачанные навыки и состояния давали о себе знать. Я чувствовал, насколько стал сильнее и быстрее, чем при первой встрече с гигантами.
Тогда я чуть не поплатился жизнью, сейчас же бой проходил на равных.
Не успела эта мысль окончательно сформироваться в голове, как два гиганта шагнули навстречу друг другу. Их тела начали сливаться воедино, при этом я практически не заметил разницы в размерах. А вот ощущение опасности скакнуло во много раз.
Сзади послышался ещё один звон стекла. Я обернулся и увидел, что недобитый противник уже соединился из множества частей и уже заносит клинок для третьего удара.
На стволе древа при этом появилась хорошо заметная зарубка. Она уже достигла трети от толщины ствола. Ещё три — четыре удара и всё. С древом будет покончено.
Я не знал почему, но ощущал, что этого нельзя допустить."
"— Умри, Жнец! — взревел, объединившийся из двух, гигант. От его тела рванула волна серого тумана.
На плечи словно скала упал. Мысли начали путаться. Но основной цели гигантам добиться не получилось. Если бы на моём месте находился кто-то другой, то он уже, скорее всего, потерял контроль над собственным телом и убил бы себя сам или безропотно стоял и ждал, когда гигант нанесёт удар.
Тьма помогла мне устоять. Я уже знал, что нужно делать.
Единственный заслон в груди пал, и стихия вырвалась наружу. Она тут же вступила в схватку с серым маревом. Не прошло и нескольких секунд, как туман развеялся, а Тьма стальной хваткой вцепилась в тело гиганта.
— Шейд, Королева! — послышался голос Юри.
Я скосил взгляд и увидел, как тело змеи зашевелилось.
Разорванная голова с дёрганьем начала соединяться. Кости с хрустом срастались и становились на свои места. Мышцы потекли, словно вода и тоже соединились. Не прошло и секунды, как глаза королевы вновь полыхнули Тьмой.
В истинном зрении творилось нечто невообразимое. Эор закручивался петлями и сливался в какой-то невозможно сложный рисунок. Настолько непонятный, что осознать его человеческим мозгом казалось невозможным.
