Их регистрировали, описывали, пытались разобраться, что из них получиться, если их поднять достаточно высоко.
О зове, как и о других моих особенностях не было ни единого упоминания. На самом деле их нельзя причислять к обычным навыкам и состояниям. Тот же Зов нельзя улучшить. Он сразу появляется таким, какой он есть.
— Нет, кроме хозяина так делать не мог никто.
— Да раскрой ты свои глаза, чёртов ящер! — я мысленно хлестнул дракона в ментале, пытаясь хоть как-то заставить его думать, — Или твой мозг повредился во время долгого бездействия?
Ящер проигнорировал мой выпад.
— Я должен посмотреть твои воспоминания, чтобы удостовериться.
В следующую секунду произошло сразу две вещи. Чужая хватка, что удерживала меня в воздухе всё это время, ослабла, и я начал падать. А второе — это драконья воля без спросу вторглась в моё сознание. И она оказалась сильна. Намного сильнее, чем всё, что мне доводилось испытывать до этого момента.
Пытаясь уйти Шагами и не расшибиться о землю, я пропустил удар. Воля дракона сминала всё на своём пути.
Потрошила воспоминания и старые и те, что я получил за последние годы. Она рассматривала меня и оценивала."
"Шаги сквозь тень перенесли меня на землю, и я, наконец, сумел сосредоточиться на противостоянии. К этому моменту противник уже успел неплохо распотрошить меня. Злость от осознания этого придала сил, и я перешёл к нападению.
Моя воля сначала выстроила бастион защиты, сквозь который невозможно было прорваться, а затем хлынула в воспоминания ящера. Рёв дракона прокатился по экстрамерности.
Тварь явно не ожидала подобного от маленького человека.
Не прошло много времени, как уже я хозяйничал в голове у противника. Видел его воспоминания. Они потоком проскакивали мимо меня. Большинство оказались тусклыми. Некоторые ещё горели в сознании дракона огнём. В какой-то момент я понял, что подобная битва даётся мне слишком легко. Это казалось ненормальным. Словно что-то помогало мне извне.
Мелькая по воспоминаниям, я нашёл два, которые заставило вздрогнуть уже меня.
Первое показывало битву между людьми и ксеносами. В небе застыли сотни белых кораблей с изящными обводами. Они нисколько не походили на то, что делало человечество. Плавные линии, треугольная форма корпуса. Каждую секунду бортовые орудия обрушивали тысячи голубых снарядов на землю, где шла кровопролитная битва.
Сотни тысяч людей сдерживали натиск намного большего количества ксеносов. Во все стороны летели ракеты, накрывая сразу километры поля битвы.
