— Мы справимся. Вместе, — прервав поцелуй и прижав к себе, шепчет мне на ухо Сайтон, едва касаясь его губами. — Я тебя теперь никому не отдам. Даже смерти. Мы вместе вырастим нашего сына, будем вместе управлять страной, создавать невероятные артефакты. Все. Только. Вместе.
Дорожкой из поцелуев он спускается к моему плечу и аккуратно спускает платье. Зарывается пальцами в мои волосы, растрепывая их, запуская волны тепла и трепета по всему моему телу.
Я послушно откидываю голову. После всего напряжения, которым были наполнены последние дни, очень хочется довериться Сайтону, расслабиться, утонуть в его ласке, которую он сейчас дарит.
Дыхание сбивается, а в животе будто бы вспархивает рой бабочек, щекочущих своими крылышками.
Только сейчас понимаю, как мне не хватало именно вот этих слов, что мы сделаем это вместе, что он будет рядом. Не сам где-то там решать, пока я буду постепенно в одиночестве ждать приближение смерти, а останется рядом со мной. Вместе.
Сайтон снова захватывает мои губы в жадном головокружительном поцелуе, а я понимаю, что с силой всех своих чувств отвечаю ему.
Доверяю. Люблю.
Он отрывается первым, вызывая у меня выдох разочарования.
— Эдгарн сказал, что нужно найти артефакт, который мог принадлежать ведьме, проклявшей моего предка, — прислонившись к моему лбу своим, тяжело дыша, говорит Сайтон. — Я, кажется, нашел его. Ожерелье. А еще… похоже, боги играются с нами, и ведьма была одной их твоих прабабок.
Я закусываю губу и смотрю в его глаза. Неужели? Неужели мы правда сделали шаг к тому, чтобы найти способ, ведь в той книге говорилось как раз про артефакт.
— И? Где он? И что с ним дальше делать? — затаив дыхание, спрашиваю я.
— То, что с ним нужно сделать, должно быть в книге суалийцев, Иллидия сказала, что она у тебя. Ты прочла?
Хмурюсь, вспоминая, как переводчик не смог разобраться с текстом.
— Там… Ничего не понятно, — отвожу взгляд.
— Мы разберемся, — с улыбкой говорит он.
Сайтон отстраняется и достает из внутреннего кармана камзола потрясающе красивое и, наверное, безумно дорогое золотое ожерелье, инкрустированное синими и ярко-красными камнями, и кладет мне его в руку.
В этот момент мир вокруг будто гаснет, сердце подскакивает к самому горлу, будто я падаю в глубокую, темную яму.
А после головокружительного полета оказываюсь в толпе странно одетого народа. Меня то и дело пихают локтями, кто-то показывает пальцем, но отводит взгляд, стоит только мне взглянуть на него.
Вокруг шумят тихие разговоры и перешептывания.
