Но по договору отец все равно оказался им должен, поэтому он женился на указанной полудемонице, которой дали определенный статус неприкосновенности.
Рот Сайтона кривится в брезгливой улыбке.
— Только став Правителем, я смог узнать некоторые нюансы того, как отец выпрашивал этот статус для своей «молодой жены», — в голосе мужа звучит боль и давняя обида. — Зато ни видеть, ни слышать о своем сыне не хотел. Я за все детство хорошо, если раза два или три его видел.
Мне становится так тоскливо, так грустно, когда я представляю маленького забытого и одинокого мальчика, что я разворачиваюсь и вглядываюсь в мужественное, красивое лицо Сайтона.
Кладу руку на его щеку и глажу большим пальцем.
Он переводит на меня взгляд, наполненный теплотой и нежностью. Они льются на меня нескончаемым потоком. Так, будто до этого Сайтон запрещал себе показывать чувства, а сейчас они прорвали плотину.
— Ты теперь понимаешь? Я не хотел своему ребенку такой участи, — он поджимает губы и крепче сжимает меня в своих руках.
— Я был напуган и растерян, когда понял, что Эйви, та самая маленькая, забавная, милая Эйви, выросшая у меня на глазах, и есть моя истинная. Сделал все, чтобы ты решила, что я сволочь и со мной не стоит находиться рядом. Та ситуация с твоим братом и гувернанткой… Оказалась очень кстати.
— Погоди, — я шокированно распахиваю глаза. — Так это не ты с ней… В сеновале…
Он усмехается и отводит прядь с моего лица.
— Нет. Не буду тебе врать, что с того момента и до нашей свадьбы у меня никого не было, но тогда мне было явно не до других девушек, — он склоняется и аккуратно целует меня в губы.
Когда он прерывает этот легкий, нежный поцелуй, я решаюсь спросить:
— И ты… Жалеешь, что тогда мы…
— Был момент, когда я проклинал себя за то, что все это случилось, что я тогда не смог справиться с драконом. Но когда узнал, что ты беременна, все отошло на задний план, — Сайтон кладет руку на мой живот и нежно поглаживает. — И я рад, что на нашем пути встретились Иллидия и Эдгарн, дав нам шанс.
Прижимаюсь щекой к его горячей груди и некоторое время просто слушаю, как бьется его мужественное сильное сердце.
— А демоны? Они же не успокоятся, Сайтон. Не проклятье, так они нас рано или поздно достанут, — тяжело вздыхаю я. — Если они даже сюда проникли."
"После недолгого молчания Сайтон отвечает:
— Да, демоны уже знают, что ты настоящая истинная и что ты беременна, — говорит он, в общем-то, очевидные вещи. — Но это далеко не все, что им нужно.
