А это просто так не заглушишь.
Дракон ударяет демона крылом, но тот уворачивается, подпрыгивает и расправляет огромные кожистые перепончатые крылья. Ох-ох… Я и представить не могла, что демоны тоже могут меняться. Или… не все?
Тем временем демон поднимается все выше и формирует между когтистых рук новый черный шар. Дракон бросает на меня взгляд: «Я вернусь, потерпи немного!» — и взлетает. Их бой перемещается в небо.
Отсюда, с земли, освещаемой пламенем, почти не видно то, что происходит на небе. Только две тени, между которыми летают вспышки огня и сверкают молнии.
Время от времени воздух сотрясает рык Сайтона и ответный скрипучий рев демона.
Кажется, время замирает, а я не дышу, не чувствую и не существую в своем теле. Меня нет. Я там, с Сайтоном. Возможно, поэтому от моего внимания ускользает еле заметное движение на поляне.
До меня доносится жасминовый запах, и я вижу, что мачеха Сайтона уже зажгла снова свечу над книгой и стоит зачитывает текст.
— Замолчи! — хочу остановить ее я и, превозмогая боль, пытаюсь вытащить руки из цепей.
— Перестань!
Но она, лишь на мгновение посмотрев на меня с едкой победной улыбкой, продолжает. В глазах — безумное пламя, торжество и уверенность, что она уже победила.
Тут в небе раздается крик боли, что-то вспыхивает синим пламенем и падает куда-то на землю, между деревьев. Я вглядываюсь в темное небо, чтобы понять, что случилось.
Сердце гулко и часто бьется, будто вот-вот готово выпрыгнуть из груди. Кусаю губы и жду. Время будто превратилось в вязкое желе, медленно-медленно перетекающее с места на место.
Ну же! Сайтон!
Я бросаю взгляд на поляну. Мачеха Сайтона кидается в полутьму и ищет в траве закатившуюся чашу.
Надо мной пролетает дракон, снова приземляется и тут же перевоплощается в человека. Смаргиваю слезы радости. Сайтон бежит сразу же ко мне, на ходу выпуская череду плетений, которые проявляют до этого невидимую границу, растекаясь по ней сетью световых трещин.
— Сайтон! Она сзади, в тени! — но голос настолько сел, что кажется, я просто открываю рот.
Дракон не слышит, он парой новых плетений разрушает препятствие и оказывается рядом, руками, частично покрытыми чешуей, разрывая цепи.
Я буквально сваливаюсь в его руки, сжимаю пальцами камзол и шепчу из последних сил:
— Твоя мачеха, она там, она хочет завершить… — начинаю я, но не успеваю закончить.
Полудемоница удивительно ловко для своего вида, буквально одним прыжком выскакивает из тени и подносит к телу Вита чашу.
