Оно немного горчит, смешиваясь со страхом и неуверенностью. Испугалась, что могла упасть? Мне так и хочется сказать: «Не бойся, я рядом. Я буду твоей опорой и защитой». Но говорю иное:
— Тебе нужно быть аккуратнее, Эйви.
— А вам, Ваша Мудрость, стоит уже, наверное, заботиться о вашей новой невесте, — она отходит и обиженно поднимает подбородок.
Горгулья срань! Она уже знает! Ревность. Вот что еще плещется в ее эмоциях.
Дракон довольно рычит: «Ревнует. Моя!»
Банальная перебранка, полная живых, сочных эмоций, блеск в глазах Эйви, красные искусанные губы — все это напрочь лишает меня контроля.
Впиваюсь в ее рот, жадно пью, пытаясь насытиться за все то время, что держал ее на расстоянии.
Но мне всего мало. Мало ее чуть слышных, но таких сладких стонов, мало ее будоражащих прикосновений. Хочу вжать ее в себя. Хочу снова сделать своей. Прямо здесь."
"Чувствую ее ответное желание, то, как она отзывается на мои ласки. Ее вихрь эмоций сплетается с моим. Внезапно понимаю, что стена, которой она отгораживалась от меня, дает трещину…
Первым реагирует дракон и издает радостный рык.
А потом доходит до меня. Нет. Это невозможно. Фавиус сказал… Головоломка начинает складываться.
— Эйви, — еле выдавливаю из себя я. Даже голос сел. — Ты мне ничего не хочешь рассказать?
Иррационально хочу, чтобы она подтвердила мои догадки. И в то же время отчаянно надеюсь, что Фавиус все же говорил правду.
Эйви растерянно смотрит на меня. Ну уж нет. Без ответа она не уйдет.
— Эйвиола, — нас прерывает и застает в весьма недвусмысленном положении леди Иллидия.
— Простите, я вам помешала.
Конечно, помешали! И хоть Эйви пытается показать, что все хорошо, я не получил ответ на свой вопрос. Это злит. А еще злит понимание, что кто-то слил конфиденциальную информацию об «истинной» с Совета. Леди Иллидия очень воинственно что-то мне говорит, но внимание цепяется за окончание фразы:
— Как вы могли оставить ее в таком положении?
Бросаю взгляд на Эйви, которая вжимается в шкаф. Не хочу ее пугать, но я должен знать точно.
— О, Ваша Мудрость, — улыбаясь, в лабораторию входит профессор Пэрис. — Я как раз искал вас.
Он занял должность декана факультета Темных искусств уже после того, как я выпустился, поэтому мы не пересекались и были знакомы только постольку поскольку. Но, видимо, у него были свои каналы информации в Совете. Узнаю.
— По какому вопросу? — сдержанно спрашиваю я, желая поскорее разрешить совсем иной вопрос. Жизненно важный.
