Как назло, ничего в голову не приходит.
Тот, что со шрамом делает шаг ко мне, а я на автомате выпаливаю:
— Да чтоб у тебя ноги заплетались! — и отпрыгиваю в сторону, потому что когда он пытается сдвинуться, нога цепляется за ногу и начинает заваливаться на меня.
У меня получилось! Обалдеть!
Иллидия тоже собирается что-то сказать, но ее перебивает беззубый:
— Заткните им рты! — он кидается вперед и сбивает с ног Иллидию, не давая произнести ей проклятье.
Мужчина со шрамом, не поднимаясь, группируется и прыгает, зажимая рот Иллидии.
На меня сзади налетает третий и кладет мне на губы свою грязную противно воняющую ладонь. Я что-то мычу, пытаюсь его укусить и пнуть ногой одновременно, но ничего не выходит.
Пока я бессмысленно трепыхаюсь в его руках, а на меня надвигается беззубый, Иллидия дотягивается до кармана, достает оттуда голубой кристалл и с силой разбивает его о землю. От этого места тут же начинает расползаться ледяная корка. Лежащий на земле и проклятый мной бандит со шрамом просто вмерзает в нее.
Так же как ноги остальных.
Нас с Иллидией лед обходит стороной, что дает нам возможность резко дернуться и вывернуться из хватки захваченных врасплох мужчин. У меня даже появляется надежда, что мы легко, всего лишь попорченными платьями и нервами выпутаемся из этой ситуации. И я уж точно после этого обзаведусь какими-то защитными артефактами!
Иллидия вскакивает, кричит какое-то проклятье, но я не успеваю его услышать, потому что меня обжигает боль от того, как меня дергают за волосы.
Вскрикиваю и чуть не падаю назад, вцепляясь ногтями в кисть держащего. Меня обдает смердящим дыханием так, что я даже закашливаюсь.
Отпускают меня так же внезапно, как схватили. Кажется, что я упаду, но меня уверенно ловит крепкая мужская рука. В нос бьет запах бергамота, а на душе сразу становится спокойно и уютно.
А зря. Когда я поднимаю глаза, меня одаривают негодующим взглядом, не предвещающим мне ничего хорошего. Сайтон не просто зол.
Он разъярен, будто, не превращаясь в дракона, он принял драконью сущность. Хотя… Он же дракон. Он наверняка всегда был таким, просто мне не показывал эту свою сторону.
Случайно взглянув влево, я замечаю, что бандит со шрамом не вмерзшей в лед рукой запускает в Иллидию нож. Она вскрикивает от испуга и закрывается руками. Сайтон даже не поворачиваясь, метко выпускает плетение не только останавливающее оружие, но и сковывающее того, кто его бросил.
