— Времени у меня достаточно, — произнесла родственница, проходя в гостиную, — Пока господа Инквизиторы заняты допросами и поимкой всех причастных к делу, я с удовольствием выслушаю вас двоих.
— Придется сдаваться, — опустил голову кот, — Может, сильно ругать не будет? — Селим взглянул на меня с надеждой.
— Я бы на это особо не рассчитывала, — честно ответила я, поджав губы.
Но поймав настойчивый взгляд Верховной ведьмы, поняла, что дальше тянуть не получится. И придется поведать ей все, начиная с нашего приезда в город.
— То есть, одна из темных навязалась тебе в подруги, а своего любовника заставила ухаживать за тобой. И ты ничего не заподозрила? — вкрадчивым тоном поинтересовалась бабуля, вальяжно расположившись в кресле, когда мы с Селимом закончили свой бурный рассказ.
В этом свете все выглядело крайне неприглядно, и я поспешила добавить:
— Некоторые подозрения по поводу Дебби у нас имелись, мы просто не успели их проверить.
— А мне эта Дебби и навязчивый женишок сразу не понравились, — поспешил обелить и свою репутацию в глазах строгой родственницы фамильяр.
— И к чему только были потрачены все эти годы, посвященные обучению, если вы и шага ступить не можете, не вляпавшись во что-нибудь? — покачала головой бабушка, прикрыв рукой глаза.
После родственница вздохнула, убрала ладонь от лица, выпрямилась и произнесла, посмотрев мне прямо в глаза:
— Элаин, если светлая ведьма обнаруживает опасность, она не остается мирно дожидаться, пока до нее доберутся. Она созывает ковен, просит помощи, потому что сила ведьм в их единстве.
А что сделала ты? Ты даже мне не написала, чтобы сообщить, что творится в этом чертовом городишке! Я узнала обо всем из письма господина Ламберта, а не родной внучки! — к концу гневной тирады голос бабули повысился на несколько октав, и заставил нас с котом вжать головы в плечи.
— Мы не хотели тебя вмешивать, — произнесла я на грани слышимости.
Робкая попытка оправдаться привела к новой буре.
— Вмешивать они меня не хотели.
А рисковать жизнью и лишать меня единственной наследницы хотели?! — пытливо поинтересовалась бабушка, взглянув на нас строгим взглядом.
— Все, решено, — произнесла она, так и не дождавшись от нас ответа, потому как отвечать нам было нечего, — Вы отправитесь со мной в столицу и жить теперь будете под моим присмотром."
"— Как славно, — воодушевился фамильяр и радостно оскалился, чем вызвал недоуменный взгляд у бабули, — Мы все именно так и планировали.
