Я видела как в первых лучах солнца, проскользнувших между горными пиками, блеснула слеза на ее щеке."
"Что ж… Настала моя очередь. Я сжала в пальцах юбку и вошла в пещеру. Меня сразу же поглотила темнота. Такая, в которой я сама себя не видела. Казалось, даже не чувствовала ни малейшего запаха и не слышала ни единого шороха.
— Заходи, Астерия, я тебя давно жду, — раздался низкий, окутывающий голос, а тело все покрылось мурашками.
Глава 34. Оракул
В темноте появилась светлая дорожка, будто подсвечивающаяся маленькими огоньками.
Что мне оставалось? Я пошла по ней, совсем не представляя куда.
— Почему ты меня боишься? — вновь раздался голос.
Я осмотрелась — никого, естественно, не увидела.
— Сложно относиться без опаски к тому, кого не видишь, и который только что довел до слез невинную девушку, — честно отвечаю я.
— Ну, скажем, не невинную, — с улыбкой сказал голос. — А слезы — это вода. Прольются и перестанут.
— Но на ней же теперь клеймо! Как ей теперь жить? — возмутилась я.
Внезапно вокруг меня закружились картинки, и я будто оказалась в другом месте.
Небогатый домик, около которого толпились люди и о чем-то тихо перешептывались. У женщины в переднем ряду плакал ребенок. В соседнем дворе лаяли собаки. Где-то протяжно промычала корова.
Все обеспокоенно смотрели куда-то. Я оглянулась и увидела, как в карету садится скромно одетая девушка. Та самая невеста, которая сидела рядом со мной!
Ее лицо было печально, а глаза наполнены кротостью, тоской и смирением. Перед тем как закрыть дверь, она бросила последний взгляд в толпу.
Там, сжав кулаки, стоял молодой загорелый мужчина в простой одежде.
Присмотревшись, я обратила внимание, что стоящие рядом военные крепко держат его, не давая двинуться с места. Решительный взгляд мужчины не оставлял ни малейшего сомнения — он влюблен в девушку, которую, получается, отправляли в невесты к… Мирролану?
Кучер крикнул “но!”, и карета тронулась, подняв клуб пыли. Мужчина издал отчаянный крик, дернулся следом, но уже не смог догнать.
Видение развеялось, а я оказалась опять в темноте.
— Но ее же теперь опозорят! Как она вернется в свою деревню? — я понимала, что, наверное, то, что она не прошла это испытание, должно было принести ей счастье, но как после обнародования результатов ее примут?
— Себе задай этот вопрос, — ответил голос, и вокруг вдруг стало светло.
Я прикрыла глаза рукой, а потом смогла все-таки осмотреться.
— А при чем здесь я? — выпалила я раньше, чем увидела, с кем разговариваю.
