Ведьма и Вожак

— О! — удивились девушки, приблизившиеся, чтобы лучше услышать ярмарку женихов.

— Зачем нам, девушкам, ваши поместья? — сказала я, обведя рукой женскую половину слушателей с лицами, полными сомнений. — Если вы глупы, то все растеряете. Если умны и решительны, то и с нуля капитал наберете. Лучший — это лучший характером, во вторую очередь — способностями и поступками, и только в третью — всем остальным.

Странно было объяснять вполне азбучные истины.

— Но исходный, пусть и небольшой семейный капитал еще никому не мешал, — спокойно заметил полноватый молодой человек с коротко стриженными волосами и в строгом сером френче.

Я заинтересованно посмотрела в его сторону, и у него удивленно расширились глаза от понимания, что я смотрю с симпатией.

Мистер Стэн донес папки до двери, поэтому я, решив помочь, схватилась за ручку и открыла. Вокруг уже тихо спорящие между собой наши спутники мгновенно замолчали.

В полной тишине Стэн тихо сказал: «Спасибо» и прошел внутрь.

Я чопорно зашла за ним, вся довольная собой и первыми знакомствами.

Вроде все делаю правильно, разговор вежливо поддерживаю, воспитанность показываю, и вся чудесная такая, молодец.

— Во-о-он столик, — сказала я топтавшемуся и оглядывающемуся у двери Стэну. — Можно положить папки туда.

Я аккуратно подвинула стоящие на столике свечи и мелкие предметы. И помогла Стэну разместить папки, оказавшиеся личными делами студентов.

Огромным залом, как и академической лабораторией Бизо, явно никто нормально не занимался.

Кресла были пыльные, почему-то разноцветные тяжелые шторы занавешивали окна, превращая большое помещение в какой-то готический склеп.

Но со своим уставом в монастырь не ходят, и я скромно отошла к стене, чтобы без помех, со стороны рассмотреть присутствующих.

Студентов набралось человек шестьдесят. Если учесть, что факультетов в Академии было всего два, то выбирать было-то особенно и нечего. Ритуалистика и артефакторика.

На артефакторике преподавал батюшка, поэтому я решила податься на другой факультет, чтобы меня как можно реже попрекали родством.

И его тоже.

Суть ритуалов я представляла себе смутно, но копаться в механизмах, как Грэг, тоже не хотелось. Значит, будем выбирать методом исключения. И это… барабанная дробь… ритуалистика!

Ближайшие ко мне шторы висели кривовато, а я этого терпеть не могу, потому подтянула их аккуратно за шнур, выровняла и сдвинула к стеновому крючку. Сразу стало светлее и красивее.