— у меня и так уже зуб на зуб не попадает, я до деревни, конечно, дойду, только помру там сразу от воспаления лёгких. Давай, лучше я в теплой одежде до туда добреду , а там посмотрим. И браслет вот, кстати — продать сможем там или обменять.
И я, быстро нагнувшись, подхватила с земли раскрытое на две части украшение.
—Стой!— мяукнул было кот.
Но было поздно. Как живой, браслет прыгнул мне на запястье и плотно обхватил руку.
—Блин,—только и могла сказать я, глядя на одинокий наручник.
И тут топот послышался.
С той стороны, куда кареты уехали. Потом фигуры конные спешились и ко мне побежали. А я истуканом стою. Бежать? Бесполезно. Догонят.
Васька, не будь дураком, в кусты нырнул, шепчет оттуда:
—Яжа, не боись ничего. Мы с метлой тебя найдём. Я тебя почувствую, даже будь ты на другом конце света.
А мрачные мужчины подошли, меня под локти, молча схватили и потащили к дороге. Даже вещички свои схватить не успела, в тех, что прибыла в Изначальный мир. А на дороге уже экипаж вернулся. По дороге туфля одна, зараза, спала с ноги и потерялась.
А я не буду же кричать, что дяденьки подождите, я тут Золушкой заделалась. Скорблю о ней молча. Засунули меня внутрь экипажа. Щеколду задвинули, судя по лязганью, и кулаком пригрозили:
—Ещё раз такое повторится— господину Аллагору пожалуемся. Скажем,невеста своевольная попалась, штраф заставим платить.
У меня внутри опять похолодело. Люди добрые! Это что ж деется? Только от двух претендентов насилу избавилась — сразу ещё к кому-то в невесты угодила.
Не хочу я замуж.
Экипаж двинулся. Я дверцу тихонько подёргала — заперта. Поняла я теперь, как парень возлюбленную свою вызволял. Сама бы она точно не справилась.
Единственное, что хорошего в экипаже этом было—камень большой на полу лежал и теплоту излучал. Я свою голую пятку к нему выставила — согреваться стала.
Смотрю, на соседнем сиденье корзина стоит. Внутрь залезла. Ну так даже и жизнь новыми красками заиграла. Еда там была собрана. Хлебушек, мясо вяленное, яички варенные.
И бутылка, заткнутая с чем-то. Выдернула пробку, понюхала — компот. Есть в жизни счастье. Кружка здесь же в корзине приложена. Я компот налила в неё – на камень поставила, чтобы подогрелся. Бутербродик сделала, яичко очистила. Еду, кушаю, в окошко посматриваю.
Ну не плакать же? Есть в моей истории жирный плюс, в отличие от других сестёр по несчастью. Метла. Летающая. И я, которая худо бедно пользоваться ей умеет. Поэтому ещё не всё для меня потеряно.
